Читаем Роботер полностью

После назначения Уилл провёл всё свободное время, читая записи погибшего роботера. Чужие боль и страх всегда тяжело воспринимать, но Уилл прокрутил последний файл Дуга девять раз. В этом отрывке ярче всего передалось то, что ощущали новые товарищи по экипажу. Надо сделать всё возможное для того, чтобы поладить с ними, пусть цена тому – смерть предшественника, просмотренная и пережитая несколько раз. Но, похоже, Уилл слишком увлёкся этой идеей.

– С вами всё хорошо? – спросила Рэйчел.

– Э-э, да, конечно. Я в порядке.

Он поморщился. Рэйчел глядела на него как на чужака. Само собой, кем ещё ему быть? А Уилл помнил, как работал с ней многие годы. Он слушал её бесконечные рассказы про папу-адмирала. Он видел, как она плачет. Он множество раз проигрывал ей в покер, а выигрывать удавалось, только когда мухлевал: заглядывал сквозь камеры на дальней стене в её карты.

Но из печального опыта Уилл знал: если сейчас общаться с ней как со старым знакомым, она разозлится и обидится. Такая уж судьба у роботеров. Надо изображать, что почти ничего не знаешь о людях – по крайней мере, сначала.

– Я просто читал память, – пробормотал он. – Потому и выглядел немного странно.

– Я догадалась, – сухо заметила она. – Я – Рэйчел Аллесандро-Блок, корабельный инженер.

Она протянула широкую мускулистую ладонь. Уилл сжал её со всей силой, на какую осмелился.

– Очень приятно, – пробормотал он.

– Могу я представить капитана Барон-Лека?

Тот смерил роботера взглядом и не очень убедительно изобразил дружелюбие.

– Привет, Уилл. Пожалуйста, зови меня Айра.

Его ручища сомкнулась вокруг ладони Уилла, но толстенные пальцы коснулись с подчёркнутой деликатностью.

– Сэр, я очень рад повстречать вас. Это такая честь… Я прочёл все ваши рапорты. Верней, не в смысле прямо читал, но запомнил. Но вы, я думаю, понимаете…

Он осознал, что бессвязно лепечет, смущённо умолк и попытался добродушно улыбнуться.

– Это замечательно, – вежливо похвалил Айра. – Хорошее начало.

Он хлопнул Уилла по плечу так осторожно, что роботер едва ощутил прикосновение. Он очень хотел сказать капитану, как понимает и сочувствует. Айра и Дуг были близкими друзьями. Но как такое сказать без наглой фамильярности?

– Сэр… э-э, Айра, я очень благодарен за возможность работать с вами, – выдавил Уилл, не придумав ничего лучше, и попытался исправиться. – Я знаю – мне нужно очень стараться, чтобы быть равным тому, кто, в общем, был до меня…

– Уилл, спасибо. Я не сомневаюсь, – равнодушно ответил капитан. – Надо думать, иначе бы они не выбрали тебя.

Он криво улыбнулся.

В этот момент за порог ступили Эми с Джоном, разрядив неловкую ситуацию.

Эми за сорок, у неё круглое добродушное лицо, заботливый взгляд, будто у хлопотливой мамы, волосы заплетены в косички, а тело – такое же мощное и приземистое, как у Айры и Рэйчел. Джон чуть повыше и потоньше остальных, светлые волосы зачёсаны набок, лицо – как у мультяшного героя.

– Уилл, это Эми Маккласки-Риттер и Джон Джек Форрестер-Класс. Эми заведует навигацией и медициной. Джон – наш домашний шпион. Он отвечает за оружие. Ребята, хочу представить вам Уилла Куно-Моне, лучшего из конторы Боба. Уилл был в том же бою, что и мы, собственноручно спас два линейных крейсера и жизнь адмирала Брайанта.

Эми с Джоном кивнули. Уилл покраснел до ушей.

– Боб показал мне кое-что из работы Уилла, и скажу вам: первый класс, взаправду, – энергично кивая, поведал Айра.

Прозвучало неприятно – будто капитан пытался убедить себя.

Эми взяла в ладоши руку Уилла, сжала тепло и крепко – словно обняла.

– Добро пожаловать на «Ариэль». Как здорово, что ты с нами!

– Спасибо, – искренне поблагодарил Уилл и немного расслабился.

Подошёл Джон. Он подмигнул и стиснул пальцы Уилла так, что тот едва удержался от гримасы.

– Не обманывайся названием, – предупредил Джон и зловеще ухмыльнулся. – Ничего мягкого в наших диверсиях нет.

Уилла снова захлестнула тревога и неуверенность. Он глядел сверху вниз на то, как приветствуют друг друга члены команды, и чувствовал себя великаном на гномьем банкете.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: Уилл Куно-Моне – чужой. Они все из почтенных знаменитых семей, поколение за поколением ходивших в межзвездные полёты и давших детям лучшие модификации для космоса, какие могла предложить Галатея. Эти модификации давали бесчисленные преимущества в корабельной жизни. Усиленные артерии могли качать кровь и при остановке сердца. Выносливость позволяла просто лежать на шконке при таких перегрузках, какие обычные люди могли пережить лишь в гелевом мускульном мешке. Невесомость им так же привычна, как и обычное тяготение. Ко всему тому – замечательный ум: все члены экипажа были выдающимися учёными, добившимися многого в своих областях.

Уилл отличался от них: по меркам Галатеи, его родители были отчаянно бедными. Им дали лицензию на ребёнка лишь потому, что они добровольно пошли в роботерский проект. За исключением странной смеси модификаций, унаследованных от родителей, все профессиональные моды Уилла выбрало и поставило государство.