Дверь закрылась, скрыв добродушное, но странно встревоженное лицо коммандера на фоне золотистого света, отражённого от стен каньона.

3

Отлёт

3.1

Айра

За полчаса до срока Айра сел в лифт, идущий в зал отлётов. Тот находился вблизи оси станции, потому гравитация слабела с каждым уровнем. Это недолгое путешествие отчего-то всегда расстраивало капитана, а сегодня досада и раздражение были сильны как никогда. Увы, придётся терпеть. В зале ожидает команда и новый роботер.

Айра стоял, скрестив руки, уставившись в бежевое амортизационное покрытие. Рэйчел стояла рядом. Айра знал: она глядит на него, и в её взгляде: «Капитан, возьми себя в руки».

– Это же не твоя вина в самом-то деле, – в пятый раз повторила она.

– Я знаю, – быстро ответил он. – Всё в порядке.

Оба знали: это неправда. Какой уж тут порядок? Все три дня после прибытия, будто кошмарный сон. Айра носился, словно белка в колесе. Сначала – отчёт, превратившийся в обсуждение стратегии. Когда оно закончилось, Айра едва успел перехватить пару часов сна, перед тем как идти на похороны Дуга и произносить речь.

Хвалить убитого им же человека для Айры оказалось труднейшей в жизни задачей. Будто в живот засадили нож и принялись медленно его поворачивать. Капитан глядел в пустые от горя глаза родителей Дуга и дрожал.

– Моя команда – это моя семья, – сказал Айра.

Он не врал. Но не мог спокойно смотреть в глаза родным убитого.

Спасение одно, лёгкое и обычное: поскорее уйти в космос. Раньше Айра считал минуты до отлёта, чтобы оставить беду дома. «Ариэль» – маленький уютный мирок, где голова целиком занята работой и выживанием.

Но теперь к своему удивлению и ужасу Айра понял: ему не хочется в космос. На руки капитану спихнули ещё две хрупкие чужие жизни. Первая – жизнь Хьюго Бесслер-Вартиана, флотского специалиста по оружейным системам. Айра уже встречался с Хьюго. Блестящий специалист, хотя высокомерный и заносчивый. Капитан не хотел видеть его на корабле, но Хьюго был лучшим в своём деле и, что самое главное, вызвался добровольно.

На его личном деле стоял предупреждающий маркер. У специалиста не ладилось с эмоциональной стабильностью. Но это Айру не смущало. Обращаться со сложными натурами – часть капитанской работы. Каждый член экипажа на кораблях класса «Москито» – первейший в своём деле спец. Иначе нельзя. На разведчике нет места для неумелого либо нерадивого персонала. А выдающиеся умы всегда со странностями. Иногда весьма нелёгкими. То есть военная дисциплина попросту не работает на кораблях софт-диверсий. А капитану годами приходится служить одновременно военным офицером и специалистом по групповой психотерапии. Так что со странностями Айра мог управиться.

Проблема куда серьёзнее – выносливость. Тут с Хьюго не будет проблем. Он ещё перед войной получил модификации, помогающие выдерживать перегрузки. Постмодификации, конечно, по эффективности не дотягивают до врождённых, но Хьюго уже немало полетал. За него можно не беспокоиться, он крепкий, хотя и не из флотской семьи.

А вот вторая прибавка к экипажу – сплошная проблема. Когда Айра звонил Бобу, в отдел кадров, хотел только одного: устойчивости к перегрузкам.

– У нас таких нет, – ответил Боб. – Ты пойми, большинство роботеров модифицировали для гражданской инженерии, не для флота. Всего шесть роботеров получили перегрузочные модификации. И все эти роботеры – на других кораблях софт-диверсий.

– Так переведите мне такого! – взмолился Айра. – В конце концов, наша чёртова миссия имеет статус «алеф-1»!

– Не могу. Они все на заданиях.

– Тогда дай мне типа с постмодификациями.

– Таких нет, – тихо сказал Боб.

– Слушай, я отправлюсь прямиком в глубочайшее дерьмо. Глубже не бывает. И если я не смогу найти того, кто выдерживает большие «g», новичок умрёт в дороге.

– Айра, пожалуйста, попытайся меня понять. У нас сейчас жуткая нехватка кадров. Мы потеряли «Балу» и «Вальруса». Для тебя есть всего один кандидат, но, уверяю, он – великолепный. Он практически в одиночку вытащил «Феникс» и «Аслан» из огня. Он очень талантливый.

– А сможет он выдержать десять «g»?

– Ну… не знаю.

– Тогда какое мне дело до того, талантливый он или нет?

– Больше у нас никого нет. Если хочешь, поговори с Брайантом, – предложил Боб. – Но уверяю тебя, он скажет то же самое.

Адмирал и в самом деле сказал то же самое. И не важно, что Айра думал об этом Уилле Куно-Моне. Покамест он на руках, и никуда не денешься. Капитан боялся даже и глянуть на профиль нового роботера.

Рэйчел осторожно коснулась его руки. Необычная нежность. Наверное, Рэйчел очень переживает за него.

– Я уверена, с ним всё будет в порядке, – сказала она.

Да, она без труда прочла все капитанские сомнения. С другой стороны, он не очень-то старался скрыть их. Капитан посмотрел на неё и знающе усмехнулся. Она игру не приняла, не улыбнулась в ответ, и в её бледно-голубых глазах мелькнула тревога.

К счастью, лифт уже прибыл. Дверь открылась, Айра выскочил наружу и зашагал по унылому станционному коридору.

– Да кончай ты, – пробормотал он себе. – Что будет, то будет.

Рэйчел поспешила следом.