Современная Европа зависима от внешнего мира практически во всем — в сырье и топливе, в обороне, в безопасности. Причем США не способны решить главной проблемы современной Европы — проблемы миграции из Африки и Азии. И в то время, когда они обещают защитить свой «трофей» от вымышленных ими же угроз, сами европейцы с ужасом осознают, что оказываются в своих родных землях уже в меньшинстве…

Не слаще европейцам было и во времена Холодной Войны — ведь им «улыбалась» очень незавидная участь обратить свои уютные города в поле боя между глобальными противниками, а самим сделаться пушечным мясом в этой войне. Причем сами европейцы осознавали, что им было бы гораздо лучше, если бы фронт противостояния проходил не через густонаселенные города, а по водам Атлантического океана. Но ничего сделать они не могли, лишь немногие счастливые страны (Швеция, Финляндия, Австрия) смогли отстоять свой нейтралитет.

В настоящее время Европа зависима от русского топлива (особенно — газа), русского сырья, в перспективе ничего не стоит сделать ее зависимой и от русской электроэнергии. И… Вместе с тем она же почему-то зависима от американской политике, и взамен от этой зависимости она ничего не получает.

Потому нам остается лишь одно — восстановить на европейском пространстве геополитическую справедливость. Но для этого нам самим необходимо решить вопрос — для чего нам самим нужна Европа?

Европейский ум отличен от русского своей большей практической смекалкой, что давно подмечено многими мыслителями. В то время, когда русские создают прорывные, могучие открытия, европейцы умеют их толково применять к нуждам дня сегодняшнего. Русские, к примеру, создав гениальное изобретение для космонавтики, лишь в космонавтике его и применяют, хотя и знают о возможности его широкого применения во множестве отраслей. А европейцы это изобретение они могут эффективно применить в сотнях и тысячах технологий и разработать толковые схемы его применения в дальнейшем. Правда, чаще всего, исключая космонавтику — тут уже поработали русские. Таким образом, намечается возможность совместной работы — мы разрабатываем могучие, прорывные технологии, они — внедряют их плоды в повседневность. Но это при условии взаимополезной работы, а не скупки русских патентов «на корню», что практикуется в настоящее время.

Заключив такой технологический союз, мы можем перейти и к союзу военному. Ясно, что оборона континента по его береговой линии обеспечит большую безопасность всем его жителям, чем линии фронта, пронзающие города и села. Причем оборона эта будет комплексная, обеспечивающая безопасность и от внешних сверхдержав, и, одновременно — от потоков мигрантов.

Теперь из всего вышеизложенного попробуем сделать окончательный вывод. Лучшая защита русских границ — это вовлечение соседних народов в совместную работу. Эта работа должна заинтересовать соседей по континету больше, чем соблазны, поставляемые внешними, заморскими странами. Сила этой заинтересованности — и есть крепость наших границ, защищать которые чисто военным путем практически невозможно из-за их невероятной протяженности и трудности природных условий тех мест, где они проходят. А появиться такая работа может лишь благодаря новой Русской Идеологии.

Взглянем на три «поводка», через которые управляется жизнь народов, и представим себе, как они будут должны выглядеть в Новой Империи. Итак, «поводок» первый — государство, то есть людская «машина» управления и контроля.

Государство

Складки жира на двойном подбородке, захлебнувшаяся муха в стакане с чаем, привычный запах чернил. Привычное шуршание, скрип пера, и на гладь еще одной бумаги ложится каракуль подписи.

На улице из-под припухших век смотрят поросячьи глазки «стража порядка». Порядок в его понимании заключается в исправном перетекании денег из людских карманов в его серый и бездонный карман.

Из телевизионного зазеркалья несется монотонная речь каких-то личностей в белых воротничках. От людского гнева они защищены надежнее всего, ни стрела, ни кулак не смогут настигнуть их в нерушимом стеклянном бункере, откуда потоки слов летят лишь в одну сторону.

Это — государство, в таком виде оно представляется большинству людей. С этого оно начинается, на этом и заканчивается. Понятно, едва ли оно может вызвать к себе какие-нибудь симпатии, о любви уже не может быть и речи. Отчего же не выбросить государство на историческую свалку?! Не свернуть ненавистный порядок вместе с его одуревшими от безнаказанностями «стражами»?!

Извечный страх насчет того, «как бы чего не вышло»? Что же, этот страх уже был развеян трудами Петра Кропоткина, который убедительно показал, как союз сельских общин может обойтись без государства.