Читаем Роар полностью

Когда Локи проснулся, вся верхняя часть его тела одеревенела, словно ветка осталась внутри него и проросла внутри него, пока он спал. Он натянул рубашку, и его мышцы вспыхнули огнём, когда он поднял раненую руку, чтобы засунуть её в рукав. Пот проступил на лбу, и он решил, что слишком устал, чтобы возиться с пуговицами. Он с трудом поднялся на ноги, нескладным и неуклюжим он бывал редко. Он вышел из палатки, намереваясь взглянуть на постепенно светлеющее небо, но был потрясён, увидев Роар, сидевшую у костра, лук и стрелы у её ног, и двух кроликов, жарящихся над только что разведённым пламенем.

Его желудок скрутило при виде неё, и он списал это на голод.

— Что ты делаешь?

Она вздрогнула от неожиданного вмешательства, тяжёлая книга соскользнула с её колен и упала в грязь.

— Я не знала, будем ли мы тренироваться сегодня утром. И когда ты не пришёл, я решила быть полезной, — она указала на кроликов.

— Ты убила их?

Она поджала губы.

— Нет. Они упали с неба и сами приземлились над пламенем. Наверное, какой-то странный новый тип шторма.

Он фыркнул.

— Успокой свои небеса. Я ничего такого не имел в виду.

Она вздёрнула подбородок.

— То, что может показаться неосторожной фразой для одного, может резать глубоко, как лезвие для другого.

— Теперь ты говоришь, как Дьюк.

Он осторожно наклонился, чтобы поднять упавшую книгу. «Сказ о Лорде Финнесе Вольфраме». Он знал эту историю ещё мальчиком, но только по рассказам, которые нашептывались холодными ночами бездомными детьми, пытавшихся думать о чём-то другом, кроме своей настоящей жизни.

Он вернул книгу и, сев на бревно, положил книгу между ними.

— Неужели я сделал это с тобой? — спросил он, уже зная и страшась ответа. — Зацепил тебя своими неосторожными словами? — Каким-то образом то, что начиналось как намерение защитить и научить, стало способом сжечь любую связь между ними, как возгорание, захватившее лес раньше, чем корни смогли зарыться достаточно глубоко.

Прежде чем она ответила, зевающая Джинкс плюхнулась на бревно между ними, резко потянувшись в попытке проснуться.

— Только не говорите мне, что вы снова ссоритесь, — сказала она. — Даже я устала от этого, а я просто наблюдаю. Часто. На самом деле трудно отвести взгляд. Что я говорю? Не останавливайтесь. Вы моё единственное развлечение, кроме ужасных шуток Рансу.

— У меня самые лучшие шутки, — хрипло возразил Рансу, останавливаясь у костра, разглядывая кроликов и одобрительно кивая.

Джинкс утешительно хмыкнула.

— Ран, если тебе приходится петь самому себе дифирамбы, наверное, ты их не заслуживаешь.

Утро продолжалось, и остальная часть экипажа неторопливо выбиралась из своих палаток, все были усталыми и разбитыми после вчерашнего торжества.

Шаг за шагом Локи собирал воедино загадку Роар. Она была так отчаянно упряма, потому что где-то по ходу дела кто-то использовал её, заставил почувствовать себя неполноценной, и теперь она защищала свои границы любой ценой. Чего он не понимал, так это того, как девушка со всеми её навыками и стремлением могла сомневаться в своей ценности.

— Роар, — произнёс он, после того, как они разделили мясо с хлебом из своих запасов между собой. — У тебя есть вопросы.

Она выглядела озадаченной таким поворотом разговора.

— У нас полно свободного времени. Сейчас самое время спросить.

Она взяла кусочек хлеба и сказала:

— Я не знаю, с чего начать.

— Давай же. Уверен, есть тысячи вещей, о которых ты хочешь знать. Начинай спрашивать.

Она ощетинилась, услышав эту команду, вновь обретя часть того огня, который так ярко пылал во время их споров.

— Хорошо. Я хочу знать о тебе. — Локи напрягся. — Всё о вас. Как вы здесь оказались? Откуда вы? Как вы все познакомились?

Он ожидал, что она спросит о бурях, но понял, что она редко ведёт себя так, как он рассчитывал.

Бейт ответил первым.

— Я вырос в деревне в лесу к северу от Финлага и к западу от Фалмаста, — акцент новобранца усилился, когда он заговорил о своём доме. — Наши дома были построены на деревьях, чтобы избежать смыва от дождей. Деревья обеспечивали хорошее укрытие от бурь, а находясь между двумя городами под управлением Бурерожденных, нам редко приходилось беспокоиться о бурях с юга или востока. В основном это был снег, который спускался с Дургры, что обеспечивало нас проблемами.

Локи никогда не бывал так далеко, в Дургре, городе, построенном на вершине ледяной тундры на севере. Его кожа южанина была слишком тонкой для такого холода.

— Это было самое подходящее место для любого, кто пытался выжить, пока мы подавали прошения о гражданстве в Финлаге и Фалмасте.

— Ни у кого нет места? — спросила Роар, и Бейт покачал головой. Она продолжила:

— Тогда как вы теперь ездите в города продавать свои товары?

Ответил Дьюк:

— Часто мы платим за вход. Мы знаем, что охранники готовы сделать все что угодно, если им хорошо заплатить. В других случаях приходится тайком проникать внутрь.

Она прикусила нижнюю губу. Эту привычку Локи слишком часто у неё замечал. Она снова повернулась к Бейту и спросила:

— Как ты стал охотником?