Читаем Риск - мое призвание полностью

— Да-да, лежала, до тех пор, пока Зиглинда с Отто не затеяли из-за нее небольшую драчку за пару минут до того, как заняться любовью. Вот за этим-то занятием я их и застукал.

Ты разве не видишь, что он врет? — спросила, обращаясь к брату, Зиглинда. — Он хочет, чтобы мы все здесь передрались.

— А зачем? — ласково поинтересовался я. — Зачем мне это надо? Разве из-за того, что вы с Отто решили немного порезвиться, наступит конец света?

Я произнес это по-английски, и меня понял только Отто. Но мне это и надо было. Отто рванулся, пытаясь схватить меня за горло, но я успел отклониться в сторону, и он с размаху врезался в стену, да так, что домик заходил ходуном.

— Стой и не рыпайся, — бросил ему Зигмунд, и Отто вернулся на место. — Что он сказал?

Да так, ничего особенного, — уклонился от ответа Отто.

— Что он сказал?!

Я заметил:

— А почему бы вам не спросить меня?

Отто метнул яростный взгляд в мою сторону.

— Ладно, — согласился Зигмунд. — Теперь я спрашиваю вас.

В это мгновение с улицы донесся какой-то шум. Все поняли, что это шуршит гравий под чьими-то ногами. Живо, словно кошка, Зиглинда оказалась у окна, выглянула из-за прибитого гвоздями одеяла наружу и знаками показала Зигмунду, чтобы тот подошел к двери. Пока Зигмунд двигался к двери, в его руке, словно по волшебству, возник пистолет. «Сиверинг с компанией», — подумал я. Отважные ребята, но, кроме отваги, им неплохо было бы иметь еще кое-что в голове. Момент они выбрали куда, как неподходящий. Дождавшись рассвета, они решили выяснить, куда это я все-таки запропастился. Единственная моя надежда была на то, что хоть кто-то из них остался у машины, чтобы указать дорогу Ферге. А Ферге, по-видимому, заблудился. Да и сам я был ненамного лучше, хоть и мнил себя профессионалом.

Зигмунд рванул дверь нараспашку, и я понял, что, если они сейчас там втроем и он их возьмет, то жить нам останется считанные минуты, потому что тащить нас всех туда, куда указал Зигмунду Беккерат, они, конечно, не могли.

Раздался выстрел, и стену в двух дюймах от моей головы прошила пуля. Зигмунд рявкнул: — Прекратить, или я стреляю!

Его слова не имели ни малейшего отношения к пуле, что осыпала мое лицо мелкой щепой, потому что она вылетела из «Люгера» Отто. Я бросился через комнату к Отто, пока он был еще слишком вне себя, чтобы точно прицелиться. Держа «Люгер» обеими руками, он снова нажал на спуск, но я успел схватить его запястье и рывком направить ствол в потолок. Снаружи кто-то закричал. Крик повторился, и Зигмунд дважды выстрелил. Мы с Отто вальсировали по комнате, и я пытался удержать его кисть с пистолетом таким образом, чтобы ствол оставался направленным поверх наших голов. Отто отчаянно вырывался. Вдруг мы вместе обо что-то споткнулись, и он разразился немецкими и английскими ругательствами. Это был Беккерат.

Мы оба упали, пистолет выстрелил, со стуком отлетел под стол, ударился о стену, отскочил и замер на полу. Я и Отто на четвереньках бросились к нему.

Однако нас опередила Зиглинда. Она нырнула под стол и, как была, согнувшись, развернулась уже с «Люгером» в руке.

Вскочив на ноги, я прыгнул, но не на Зиглинду — против нее шансов у меня не было никаких. Я запрыгнул прямо на столешницу, обрушившись на нее всем весом своего тела. Послышался треск ломавшегося дерева, стол накренился, ножки подломились, и он рухнул. Зиглинда оказалась придавленной тяжелыми досками, из под которых торчал лишь ее голова и кисть руки, продолжавшая сжимать пистолет. Зиглинда повела им во все стороны, и если бы ее рука была на шарнирах, она свободно могла бы в меня попасть. Отто прыгнул на меня, но я уже успел выкрутить пистолет из руки Зиглинды. Под нашим с Отто весом она взвыла. Ухватив Отто за рубашку на груди, я собрал ее в кулак, подтянул к горлу, отвел его в сторону, чтобы высвободить «Люгер», и врезал ему пистолетом по челюсти. Спиной вперед Отто сверзился со столешницы.

Спрыгнув на пол, я сказал Зиглинде, чтобы она выбиралась из-под досок. Это заняло некоторое время, так как к тому моменту из нее уже вышел весь воздух. Я повернулся к двери. В нее просунулась было голова Зигмунда, но, когда я выстрелил в его направлении, тут же скрылась.

— Драм, — окликнул он через некоторое время. — Подойдите к окну.

Зиглинда помогала Отто подняться на ноги. В домике было темно, темнее, чем на улице. Я сказал Отто, чтобы он подошел к окну и посмотрел наружу. Ему это не понравилось, но я сделал знак пистолетом, и он побрел к окну. Не знаю, была ли его фигура видна сквозь одеяло, но выстрела не последовало. Я подошел, кивком отослал Отто к сидевшей Зиглинде, быстро выглянул в окно и понял все с первого взгляда. Не было видно ни Зигмунда, ни Фреда Сиверинга, зато ярдах в десяти прямо перед окном с поднятыми вверх руками стояли Ильзе и Пэтти. На лице Пэтти застыло выражение ужаса. Лицо Ильзе было лишено абсолютно всякого выражения и походило на маску смерти.