Читаем Рифы Космоса полностью

И он умирал от голода. Его кормили почти одними растительными продуктами. Ел он с отвращением, и голод еще больше усиливался от запаха Нижних Привидений и даже Верхних Привидений. Но Ядовитые Привидения не давали ему мясного. И потом, почти все время вокруг был этот ослепляющий шум... Шарн-игон был близок к тому, чтобы сойти с ума.

Но он цеплялся за жизнь, потому что у него была цель. Ядовитые Привидения убили Чи-прюитт. Он еще не научился различать Привидения и не знал, кто из них убийца. Да это было и неважно. Виновны все. Кринпиту было ясно, что для отмщения он должен убить как можно больше Привидений, но он не знал, как это сделать. Он стер когти и края панциря, но прутья решетки держались.

Когда лагерь затихал, кринпит разговаривал с Верхним Привидением, содержащимся в соседней клетке.

— Я хочу съесть тебя,— сказал он ему. Если б не решетка, Привидение было бы легкой добычей. Оно потеряло газ полностью и теперь корчилось на полу в клетке. Его песни стали еле слышны.

— 'Гебе до меня не добраться, если ты не сбросишь свой панцирь. А тогда я съем тебя.

Кринпит мог объясняться со своим соседом. Совместная жизнь многих поколений на одной планете привела к тому, что все они теперь немного понимали друг друга.

— Я съел уже несколько таких, как ты,— сказало Верхнее Привидение.— Особенно мне нравится спинка.

Хвастается, конечно, думал Кринпит. Но все это было правдой. Шаристы нападали на кринпитов, когда те меняли панцири.

— Послушай,— прошептало Верхнее Привидение,— я умираю. Можешь съесть меня, если хочешь.

Шарн-игон с грустью ответил:

— У меня тоже положение безвыходное, так что можешь есть меня.

И вдруг он заметил, что Привидение каким-то образом оказалось вне клетки.

— Как ты выбрался?

— Я так близок к смерти,— слабо пропело Привидение, что легко пролез между прутьев. Мне продырявили мешок с тазом, и жизнь утекает из меня.

-— Как бы мне также пролезть?

— Почему ты нс откроешь/клетку? Убивающие суют такую твердую штуку в определенное место клетки, когда хотят открыть ее.

— О чем ты говоришь?

— Подожди, тут есть одна такая. Я покажу.

Понятия Шарн-игона о ключах и замках отличались от человеческих. Однако и у кринпитов было нечто подобное. Он ерзал от нетерпения, пока умирающее Привидение тащилось к клетке с чем-то твердым и блестящим во рту.

— Ты освободишь меня? — спросил кринпит.

— Но ты же меня съешь.

— Да, съем. Но ты ведь все равно умрешь.— И Шарн-игон добавил: — Твой голос очень слаб.

Шарист что-то печально просвистел. Видимо, примирился с этой неизбежностью.

— Если ты освободишь меня,— начал торговаться Шарн-игон,— я убью за тебя Ядовитое Привидение.— И признался: — Я все равно буду убивать, так как они убили мою жену.

— Сколько убьешь? — с сомнением пропел шарист.

Сколько смогу. Одного обязательно... Не.т, двоих. Двоих — за тебя и остальных, а сколько смогу — и за себя.

— Троих за меня. Трое напали на меня и причинили мне боль.

— Хорошо, троих. Но давай быстрее, а то Привидения вернутся.

Через несколько часов, уже на пределе своих сил, Шарн-игон приблизился к деревне кринпитов. Это была не его деревня. Он давно слышал доносящиеся отсюда звуки, но был настолько болен и слаб, что добирался очень долго.

— Шарн-игон, Шарн-игон,— бормотал он, приближаясь к чужой деревне.— Я не ваш. Шарн-игон...

Мимо проползла самка, даже не обратив на него внимания. Это удивило его, несмотря на то, что именно этого он и ожидал. Каждый шаг по деревне давался ему с трудом.

— Шарн-игон! — опять позвал он.— Я хочу поговорить с кем-нибудь из вас, хотя я не ваш.

Ответа, конечно, не последовало. Контакт оказалось установить не просто. Деревни были изолированы друг от друга как географически, так и в прочих отношениях. Они не воевали, но и не поддерживали никакой связи.

— Шарн-игон! — начал он снова, и тут наконец-то навстречу ему выполз самец-мать. Не Заговорил с ним, но и не уходил. Двигаясь, он произнес свое имя:

— Тшар-п-фланг.

— Хороши ли празднества, чужой брат? — вежливо спросил Шарн-игон.,

Ответа не было, только снова было названо имя, на этот раз громко и отчетливо.

— Я не ваш,— сказал Шарн-игон.— Мне неприятно находиться здесь. Вам это точже неприятно. Однако я должен поговорить с тобой.

Снова послышалось имя чужого кринпита, и вот Шарн-игон услышал:

— Зачем ты здесь, Шарн-игон?

У него дрогнули колени:

— Мне нужна пища. Шарист был такой тощий, что мне не удалось восстановить силы.

Шарн-игон постарался не есть отравленных Привидений. Он был уверен, что убил двоих, а третий если и останется в живых, то придет в себя нескоро. Так что он отдал долг шаристу.

Но он еще не отомстил за Чи-прюитт.

Шари -игон с трудом сломал традиционные барьеры между деревнями. Это заняло много времени и отняло у него много сил. Но в конце концов Тшар-п-фланг предоставил ему кров и выполнил его просьбу.