Характерно, что носители либерального проекта во время своего господства были чудовищным образом оторваны от реальности. Просто в силу инерции своего советского воспитания и своей советской культурности они колоссальным образом отставали от вызванной их собственными действиями деградации страны и являлись поэтому (разумеется, с чисто культурологической точки зрения) более передовыми, чем созданное в значительной степени их усилиями государственное устройство.

Носители же «чекистского» проекта, полностью слившиеся с этой реальностью, «переваренные» ею и являющиеся ее неотъемлемой частью, были вполне адекватны ей. В силу этого они смогли обеспечить определенный прогресс государственного устройства, несмотря на то что, успев утратить в ходе социального выживания в условиях реформ значительную часть советского культурного уровня (и не приобретя западного), с формальной точки зрения являют собой на фоне своих предшественников — носителей либерального проекта — ярчайший пример глубокой социальной деградации.

Понятно, что узость социальной базы в сочетании с глубочайшим презрением к подавляющему большинству населения, рассматриваемому исключительно как объект для грабежа, насилия и удовлетворения как личных, так и корпоративных прихотей, объективно требует массового и постоянного применения насилия для поддержания хотя бы относительной устойчивости этой системы.

Это вполне соответствует объективным склонностям носителей «чекистского» проекта — сотрудникам силовых структур, как в личном, так и в корпоративном качестве. С точки зрения отдельной личности, «порог применения насилия» у основной массы носителей этого проекта существенно ниже, чем у обычного человека. С точки же зрения социального слоя насилие является не просто основной и наиболее доступной его членам формой самоутверждения, но и наиболее гармоничным, естественным образом действия, в том числе и коллективного.

В силу изложенного «чекистский» проект представляет собой проект построения в России даже не государственного крепостничества по сталинскому образцу (к которому постоянно апеллируют его носители), но значительно худшего военно-полицейского феодализма с коррупцией, являющейся подлинной основой государственного строя.

Это даже не Нигерия — это Гаити.

Понятно, что в силу как глубокого внутреннего (в том числе и лежащего в области систем ценностей, мотиваций и мировоззрения) различия российского и гаитянского обществ, так и совершенно разных функций, объективно выполняемых ими в мировом развитии, данный проект обречен на неизбежную неудачу.

К сожалению, этот факт недоступен восприятию «чекистского» проекта так же, как и многие другие, как перечисленные, так и не упомянутые в настоящем параграфе, что весьма существенно способствует повышению интенсивности развития российского общества в ближайшие годы.

4.4. Смысл и содержание модернизационного проекта

Минимальной целью модернизационного проекта является обеспечение российскому обществу гарантированного, долгосрочного и коллективного выживания в среде существования современных обществ — все более жесткой глобальной конкуренции. Собственно, в настоящее время и в ближайшие два десятилетия эта среда есть и будет оставаться настолько суровой, что непосредственным выражением исторического успеха, победы, триумфа и будет являться вроде бы скромно и совершенно не вдохновляюще звучащее «гарантированное выживание».

Либеральный проект исходно, по своей самой природе, нацелен на обеспечение выживания в глобальной конкуренции ни в коем случае не всего относительно слабо развитого в экономическом смысле общества. Он предоставляет условия для выживания лишь отдельных фрагментов такого общества, не встречающих конкуренции в мировом хозяйстве и потому, с одной стороны, никому не мешающих и ни у кого не отнимающих прибыль, а с другой — вписываемых им в себя автоматически, без значимых усилий с их стороны. Для нашего случая это, безусловно, в первую очередь работающие на экспорт сырьевые отрасли и производители продукции первого передела (в первую очередь металлов).

Выживая, по сути дела, ценой уничтожения собственного общества, эти стремительно обособляющиеся от него, а зачастую и друг от друга фрагменты вынужденно переосмысливают себя как часть не этого общества, но часть обслуживаемой ими инициирующей либеральный проект наиболее развитой части мира — «мирового сообщества», «человеческой цивилизации», «Запада» и т. д.

Модернизационный проект, как представляется, должен стать ответом либеральному и «чекистскому» проектам со стороны всего остального российского общества, равно лишенного ими будущего и приговоренного ими к деградации, вымиранию и превращению в простое удобрение для наиболее сильных участников глобальной конкуренции.