– Кажется, вы также очень интересуетесь едой. Вы готовите?

Он замялся, испуганно поднял голову и слегка улыбнулся в ответ:

– Не так чтобы… Просто поесть очень люблю.

– Я знаю много людей, которые любят поесть, – растерянно взглянула на него Брук, – но большинство из них не знает даже, что тыкву можно пассеровать и что мед и кленовый сироп совершенно разные вещи.

Пережевывая, он взглянул на нее и тут же пробормотал:

– Моя бабушка очень много готовила. Еще ребенком я все время заглядывал в ее кастрюли.

Брук ничего не ответила, просто пожала плечами. Она не хотела, чтобы ее посчитали невежливой хозяйкой, поэтому она робко поинтересовалась:

– Могу ли я спросить, что привело вас в Мэн?

Теперь настал черед Эндрю пожать плечами:

– Потребовалась смена обстановки.

– Ну, кажется, вы не особо разговорчивы, – продолжила Брук и снова взяла сэндвич и откусила еще кусок. – А кто вы по профессии?

Брук заметила, как ее гость стал жевать медленнее, словно подыскивая подходящий ответ. Казалось, прошла целая вечность. Он проглотил, взял банку колы, сделал глоток и наконец ответил:

– У меня небольшой бизнес в Бостоне, совсем небольшой.

– Вот как.

Девушка быстро слизнула с губ крошки и продолжила допытываться:

– И как мне представить, что это за бизнес?

– Сервисное обслуживание клиентов, маркетинг и тому подобное.

Брук все еще не представляла, о чем говорит ее гость по имени Дрю, но не стала расспрашивать, а поинтересовалась:

– Так почему же вы приехали именно в Мэн?

Он улыбнулся и указал на крошечный остаток сэндвича на своей тарелке:

– Я слышал, что здесь готовят фантастические сэндвичи.

На его щеке вновь появилась ямочка, отчего у Брук перехватило дыхание. Однако она быстро пришла в себя:

– А кроме наших фантастических сэндвичей?

Его улыбка не дрогнула ни на секунду:

– Моя семья раньше всегда проводила отпуск в Мэне, поэтому я решил освежить детские воспоминания, прежде чем вернуться обратно в Бостон и снова окунуться в работу.

Это объяснение звучало настолько мило, что Брук с трудом могла его соотнести с заносчивым типом из города, каким она до сих пор считала Дрю.

Блондин, развалившись, сидел перед ней, отхлебывал из банки колу и с медовой улыбкой на лице рассказывал о детских воспоминаниях – теперь это был словно другой человек.

Само собой разумеется, он тут же разрушил это позитивное впечатление, когда положил руки на подлокотники скамейки, на которой сидел, огляделся в ресторанном зале и важно произнес:

– Да, если взяться, из этого места можно было бы кое-что сделать.

– Что, простите?

Брук блеснула глазами и отодвинула от себя тарелку.

Оправдываясь, он кивнул:

– У такого деревенского ресторана есть свой шарм. Если сделать несколько изменений и обновить внешний вид…

– Дрю, – прервала она его речь и поднялась, чтобы убрать обе тарелки, – спасибо за советы, я вам очень благодарна, но мы сами как-нибудь разберемся.

Он снова невинно поднял руки:

– Я просто хотел помочь, – заверил он.

Брук едва сдержалась, чтобы не состроить угрюмую мину, но все же мрачно пошутила:

– Большое спасибо, но если мне понадобится помощь в моем ресторане, то я позову специалиста, а не консультанта из службы сервиса.

Брук не могла объяснить, почему ее гость внезапно стал выглядеть так, словно вот-вот покатится со смеху.

Глава третья

В общем, Эндрю полагал, что многое повидал в этом мире. Однако он не был готов видеть храпящего автомеханика, голова которого покоилась на капоте «Бьюика», на подъемнике, а невзрачный зад грозил при малейшем движении выскочить из рабочих штанов.

– Глееен! – заорало в этот момент прекрасное создание рядом с Эндрю, да так, что тот вздрогнул от испуга. – Это клиенты!

Когда хозяйка разбудила его в совершенную рань, колотя кулаком в дверь номера так, словно за ней гналась толпа зомби, он растерянно посмотрел на растрепанные волосы на ее макушке. Быстро вспомнил, что эта миниатюрная женщина с невероятными голубыми глазами и полными губами – сущий дьявол и что он только вчера вечером с ней познакомился. Эндрю был настоящим фанатом женщин с характером, но Брук Дэй оказалась особенным экземпляром. Вчера у него постоянно возникало чувство, что ему не повезло: женщина со светло-каштановыми волосами и треугольной формой лица казалась почти неприятной, хотя была весьма остроумной. Кроме того, она приготовила сэндвичи, от вкуса которых опытный шеф-повар чуть не расплакался от счастья.

Он еще долго вчера лежал в кровати, не в силах уснуть, смотрел на темные деревянные балки и спрашивал себя, когда в последний раз ощущал такой взрыв вкуса. Невозможно было поверить в то, что женщина, которая набросилась на него посреди дороги, как фурия, жила над запущенным рестораном и умела готовить такие блюда.