Читаем Реставраторы миров (сборник) полностью

– Вот как надо, Петя, – ласково произнесла она. И тут же не преминула уколоть: – Что-то ты совсем мух перестал ловить, Петенька!

И тут она заметила лежащую на столе линейку. И рядом с ней – тёмное расплющенное пятнышко.

– Изувер! – свистящим шепотом готовящейся к прыжку кобры прошипела она. – Это что: ты бил местных мух линейкой?! Прекрасно зная о том, что я с ног сбилась, разыскивая повсюду хоть какие-нибудь следы местной фауны? Да я тебя за это четвертую!

– Хельга Витольдовна! – плачущим голосом произнёс лаборант. – Нет, это не я, я не это…Они сами! Вот, смотрите!

Он схватил со стола линейку – и со страху изо всех сил хлопнул по лабораторному столу.

Басовитое гудение раздалось в воздухе, и со стола взлетел толстый и мохнатый красавец шмель.

– Что?.. Что такое? – слабо произнесла Хельга, опускаясь на стул.

А лаборант принялся хлестать по столу, словно вымещая на нём все обиды и унижения, которым подвергался.

И со столешницы взмывали мухи, комары, мотыльки, стрекозы…

– Видите? – победно произнёс лаборант, отмахиваясь линейкой от кружащегося над ним роя гудящих насекомых. – Если ударять с разной силой, то получаются насекомые разного размера! Чем сильнее хлопнешь, тем больше…

– Замолчи! – остановила его Хельга.

Она бросилась к микроскопу, в момент сделала вытяжку из собственноручно пойманных мух и прильнула к окуляру.

Так и есть! Рождённые ударом монстрики не обнаруживали ни малейшего намёка на клеточное строение. Ни о каком ДНК, а тем более РНК, не могло быть и речи.

А торсионный микроскоп – свежеизобретённое детище земной науки, существующее пока что в единственном экземпляре и выпрошенное исключительно потому, что экспедиция успела прекрасно зарекомендовать себя, да ещё потому, что в разработчиках числился брат Хельги – показывал нечто несусветное: странную структуру вращающихся в разные стороны миниатюрных вихриков.

– Удивительно, – пробормотала Хельга, отрываясь от микроскопа. – Может быть, так выглядит полевая форма материи? Но тогда это… это величайшее открытие!

Она быстренько переписала полученные данные на свой коммуникатор, прихватила пяток мух – на этот раз лаборант оказался на высоте, – и выбежала из лабораторного блока.

Власта и Гора она застала в окружении десятка голографических диаграмм: срезов планетной коры, срезов головного мозга, голографий ещё каких-то объектов, живых и неживых. Элист также находился рядом с друзьями, но сидел молча, ни во что не вмешиваясь и дожидаясь своей очереди.

Оба учёных попеременно тыкали пальцами то в одну голограмму, то в другую, вызывали из компьютерного небытия трёх– и четырёхэтажные формулы, и с удовольствием громко ругались по-латыни и по-гречески.

Завидев Хельгу, оба замолчали. Затем Власт сказал:

– Излучение генераторов не могло отрицательно повлиять на живых. Наоборот, оно снижает уровень агрессивности, успокаивает людей. Словом, действует умиротворяющее на любые живые объекты.

– Интересно, откуда вы это узнали? – притворно вздохнула Хельга. – Когда все биологические объекты находятся у меня?

– Когда мы работали возле генераторов, то чувствовали прилив сил и хорошее настроение, – пояснил Власт, до которого не дошёл скрытый смысл Хельгиной фразы. – И количество рабочих споров резко уменьшилось. Люди стали действовать более согласованно.

– По тебе это не видно.

– Сходи в «коробку» сама, убедишься. Заодно и настроение улучшится.

– Оно у меня уже улучшилось! – Хельга протянула пробирку с переползающими внутри тёмными мухами.

– Обнаружила подвижные формы жизни? – обрадовался Власт. – Поздравляю! И где же?

– Да прямо здесь!

Хельга огляделась: что бы использовать в качестве примера? Взяла толстенный справочник и с треском опустила его на стол.

– Осторожнее! – воскликнул Гор. – Это же раритет! Инкунабула! Последний бумажный справочник двадцать первого века!

И замолчал, увидев, как из-под толстого тома выбрался маленький жучок и шустро засеменил ножками, спешно покидая место своего рождения.

– В твоей инкунабуле жучки завелись! – засмеялся Власт. – Или ты принесла жука с собой? – обратился он к Хельге.

Та, вместо ответа, недолго думая, залепила ему пощёчину.

Серебристая стрекоза сорвалась со щеки Власта и запорхала по комнате.

– Странно… – Власт поднёс пальцы к щеке. – Я совсем не почувствовал удара…

– Так и должно быть, – подтвердила Хельга. – Вся энергия полностью израсходовалась на создание насекомого.

– А как же так?

– А вот так! Необычные свойства планеты заключаются в том, что в ней все предметы и явления имеют волновую природу. Хотя и выглядят вполне вещественно. Но их составные части – суть совокупность полей. И, значит, им легче переходить из одного состояния в другое. Достаточно добавить немного избыточной энергии. Или же они могут появляться и из «чистой» энергии, как в данных случаях. То есть энергия удара непосредственно перешла в живое существо.

– Так надо же поставить ряд экспериментов! – сорвался с места Гор.

– Уже, – мрачно ответила Хельга.

– Она хочет сказать, что так отдубасила бедного лаборанта, что он родил ей двух кроликов и дюжину белых мышей, – пошутил Власт.