Читаем Реставраторы миров (сборник) полностью

– Архитектурные отличия атомных электростанций от всех прочих зданий на Земле также разительны, однако они сделаны из тех же материалов, что и многие земные здания. Материал «коробок» ничем не отличается от используемого в здешнем строительстве: тот же местный бетон или его аналог. Архитектура… Параллелепипед есть параллелепипед, что с него возьмёшь? Внутренняя начинка – да, иная. Но если подобные генераторы не применялись в других местах, то что можно о них сказать?

– А контрольные приборы? – глядя ему прямо в глаза, спросила Хельга.

– А их нет, – спокойно ответил Власт. – Как не было на первых паровозах… А вот в другой местной технике встречаются. Но это не показатель. Надо искать ещё. Может, найдём где-нибудь завод по производству таких генераторов.

– А если не найдём – значит, прилетали пришельцы! – подхватил Гор.

– Но что это нам даст в разгадке исчезновения жизни на планете? – спросил Власт.

Но Хельга не хотела просто так расставаться со своей гипотезой.

– У местных была идея-фикс! – объявила она. – Стремление во что бы то ни стало избавиться от землетрясений! Испокон веков они мечтали укротить трясущуюся под ногами землю. Над тем же, собственно говоря, работают и учёные на Земле, – добавила она. – И как только местные смогли осуществить свою задумку – осуществили! Они все силы бросили на это…

– И надорвались! – насмешливо продолжил Власт. – Потому-то и вымерли.

– А может, генераторы создают какое-то побочное поле? – Хельга повернулась к Гору. – Помнится мне, ты говорил, что при землетрясениях могут генерироваться инфразвуковые волны. Люди ощущают беспричинный страх, и он может убить.

– Почему же беспричинный? – удивился Власт. – Когда земля трясётся под ногами – это само по себе страшно, без всякого инфразвука.

– Помолчи! – оборвала его Хельга, никак не могущая забыть холодности встречи. – Так как?

Гор развёл руками:

– Говорил. Генерируются. Но чтобы убить инфразвуком, нужна очень большая мощность и интенсивность излучения. И к тому же человек должен стоять на месте. А при землетрясениях люди обычно бегут. Мне кажется, тут больше подходит другое…

– А! – вспомнила Хельга. – Ты ещё рассказывал, что отдельные сейсмограммы похожи на электроэнцефалограммы!

– Вот именно! Ну и память у тебя! Я выдвинул гипотезу, что частота сейсмических волн индуцировала процессы мышления в прачеловеке, активизировала мозговую деятельность человеческого сознания. Статья опубликована в…

– Неважно, – невежливо прервала его Хельга. – А возможно ли обратное влияние?

– Что сейсмические волны убивают? Но я же только что сказал…

– Нет. Не сейсмические. А волны генераторов. Сами того не желая, местные жители создали «волны смерти». Покончили с землетрясениями… и с самими собой.

– Тогда уж не волны смерти, а «волны оглупления», – кивнул головой Гор. – И они постепенно деградировали…

– Не деградировали, а исчезли, – поправил Власт. – Хотя, может быть, в чём-то вы правы. Некоторое запустение чувствуется. И этот культ детей…

– Генераторы влияли на способность к деторождению… – прошептала Хельга и на глазах её появились слезы. – Они убили своё потомство…

– Да погоди ты! – отмахнулся Власт. – Разберёмся в генераторах, выключим их и посмотрим…

– Что посмотрим? – удивился Гор. – Начнут ли появляться животные и люди? Откуда?

– Всё перестало размножаться, – пробормотала Хельга, – и как раз когда прекратились землетрясения… всё сходится.

– Да что ты расстраиваешься раньше времени? – успокаивал её Гор. – Давай попробуем на твоих лабораторных животных! И генераторы выключать не надо!

– Да, но… наши зверьки – не местные, – Хельга поднялась.

– Ну, уж если нам местные условия пришлись по вкусу, – усмехнулся Власт, – и нашим зверям тоже, то и опасности планеты мы также можем разделить.

– Кстати, распорядись, чтобы твои люди поменьше крутились возле генераторов. Да и ты сам… – Хельга покраснела.

– Поля не выходят за пределы «коробок», – покачал головой Власт. – Элист проверял.

– Ну вот, ты уже и ответил, – устало произнёс Гор. – Если поля не выходят за пределы «коробок», как они могут влиять на деторождение? Так что зря ты плачешь, Хельга!

– Но проверить всё равно нужно! – Хельга выпрямилась. Настроение у неё сразу улучшилось. – Пойду, распоряжусь лаборантом!

– Ты его хочешь использовать в качестве морской свинки! – притворно ахнул Власт.

– Скажу, чтобы приготовил белых мышей! – ледяным тоном произнесла Хельга, ожгла Власта взглядом, и вышла.

Лаборанта она застала за странным занятием: тот ловил мух.

– Пётр, – продолжая сохранять пониженную температуру голоса (спасибо Власту!), – произнесла Хельга. – Разве я просила тебя активировать мушиные куколки? Кого ты собираешься кормить мухами? Разве я просила пробудить игуан? Или ты сам плохо позавтракал?

– Хельга Витольдовна! – взмолился лаборант, молитвенно сжимая в руках сачок. – Это местные!

– Местные?! – в Хельге сразу проснулся дух исследовательницы. Но и дух начальницы не остыл. – И ты так грубо с ними обращаешься?

Она отобрала у лаборанта сачок и в два счёта сумела поймать обеих мух.