Читаем Репин полностью

231.  П. В. Деларов, акварель, 1907. Почти одна только голова. Для Репина несколько вял по технике и мало разнообразен в красках. Был у П. В. Деларова, как и предыдущий, ныне в собрании И. И. Бродского.

232.  П. В. Деларов, акварель, 1907. Взят в ¾ поворота влево, опирается обеими руками на стол. Значительно удачнее предыдущего. Находится в собрании С. А. Белица [в Париже.]

233.  С. П. Крачковский, капитан, коллекционер. Акварель, 1907. Вещь среднего качества. Находится в Рыбинском краеведческом музее.

234.  Д. И. Менделеев, знаменитый химик, 1907. Писан по фотографическим материалам, после смерти Менделеева. Письменный стол и библиотека написаны с натуры, в квартире умершего; для фигуры позировал кто-то из знакомых. Портрет во всех отношениях немощен, являя признаки бесспорного упадка. Очень слабо нарисованы руки. Если это случилось с Репиным, столь исключительным мастером как раз руки, то это одно уже может служить свидетельством художественного оскудения, обозначившегося в творчестве Репина около середины 1900-х годов. Портрет был в Цветковской галерее. [Позднее — в Президиуме Академии Наук СССР в Москве].

235.  Г. С. Петров, писатель-священник, 1908. Изображен по пояс, в рясе, с коротко остриженной головой, которая несколько наклонена вниз. По сравнению с другими одновременными портретами Репина — сравнительно удачен, неплохо взят и вылеплен. На XXXVIII Передвижной 1910 г. носил название «Проповедник» с аннотацией: «этюд», сделанный, очевидно, в оправдание широкого и быстрого письма.

236.  П. П. Трубецкой, скульптор (II, стр. 213), 1908. Поколенный, хорошо взятый в характерной для Трубецкого позе и очень похожий. Один из удачных того времени.

237.  Л. Н. Толстой в белой рубахе, 1908. Слабый во всех отношениях портрет. Взята почти одна только голова и незначительная часть груди. Находится в Толстовском музее в Ленинграде.

238–239.  Л. Н. Толстой и А. Л. Толстая, 1908 (II, стр. 141). Акварель. Изображены за роялем, играющими в четыре руки. Очень заделанная, робкая по технике акварель, едва ли сделанная целиком по натуре, а скорее скомбинированная от себя по карандашным наброскам с натуры. Этот же портрет повторен Репиным дважды сепией. Оба они еще слабее акварели.

240.  Г-жа Арбузова, акварель, 1908. Поясной. Изображена в повороте вправо, с скрещенными на груди руками, на фоне перил террасы и зелени. Платье энергично пройдено белилами. Портрет не кончен и невысокого качества. Находится в собрании М. Монсона в Стокгольме.

241.  Гр. С. В. Панина, 1908. Поколенный, в фас, монотонный по живописи. Из числа наиболее слабых вещей данного периода.

242.  Гр. С. В. Панина, 1909. Приблизительно такой же, как и предыдущий, но более заделанный и зализанный по фактуре. Был на XLI Передвижной 1913 г.

243.  А. Г. Рубинштейн, 1909. Взят во весь рост, стоящим на возвышении и дирижирующим оркестром, на фоне публики в Дворянском собрании. Был на XXXVIII Передвижной 1910 г. под названием «Рубинштейн-дирижер». Портрет долго стоял в мастерской Репина, которого не удовлетворял, почему в 1915 г. он переписал его заново, пометив этой датой. Находится в Куйбышевском музее.

244.  Л. Н. Толстой (II, стр. 140), 1909. Изображен в фас, сидящим в красном кресле, положив левую ногу на правую и облокотясь обеими руками о ручки кресла. Есть что-то неприятное и неубедительное в этом портрете, что заставляет данному «Толстому» не доверять в смысле правдивости передачи оригинала. В марте 1912 г. был продан Л. С. Лившицу [ныне в ГТГ.]

245.  М. Б. Чуковская, жена К. И. Чуковского, 1909. Не вполне оконченная, но хорошо написанная акварель.

246.  Н. А. Морозов, шлиссельбуржец (II, стр. 139), 1910. Поясной, в повороте влево, в профиль. Лучше всего сделана голова, остальное скорее намечено, чем написано, но намечено наспех и невпопад: контур плеч, спины и положение левой руки не найдены, складки одежды приблизительны. Особенно неудачна кисть руки, не выясненная в рисунке и слишком миниатюрная по сравнению с головой. Портрет был в собрании М. Т. Соловьева в Москве. [Ныне хранится в Музее Революции СССР].

247.  К. И. Чуковский, писатель, близкий к Репину в период 1907–1917 гг. (II, стр. 279), 1910. Изображен по пояс, в повороте вправо. Один из относительно лучших портретов Репина последнего десятилетия перед революцией. Несмотря на кажущуюся быстроту письма, писан очень долго. Был подарен Репиным Чуковскому, был на всемирной выставке в Риме в 1911 г., где ошибочно был продан М. С. Цейтлин, привезшей его в Москву. [Позднее — в частном собрании в США.]

248.  И. И. Ясинский, писатель, 1910. Поясной, в повороте влево. Написан очень размашисто, в один сеанс. Удачный, живописно взятый этюд. Был на XLI Передвижной. Принадлежал Ясинскому (Максиму Белинскому). [Ныне в ГРМ].

Перейти на страницу:

Все книги серии Репин

Похожие книги

Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
100 знаменитых отечественных художников
100 знаменитых отечественных художников

«Люди, о которых идет речь в этой книге, видели мир не так, как другие. И говорили о нем без слов – цветом, образом, колоритом, выражая с помощью этих средств изобразительного искусства свои мысли, чувства, ощущения и переживания.Искусство знаменитых мастеров чрезвычайно напряженно, сложно, нередко противоречиво, а порой и драматично, как и само время, в которое они творили. Ведь различные события в истории человечества – глобальные общественные катаклизмы, революции, перевороты, мировые войны – изменяли представления о мире и человеке в нем, вызывали переоценку нравственных позиций и эстетических ценностей. Все это не могло не отразиться на путях развития изобразительного искусства ибо, как тонко подметил поэт М. Волошин, "художники – глаза человечества".В творчестве мастеров прошедших эпох – от Средневековья и Возрождения до наших дней – чередовалось, сменяя друг друга, немало художественных направлений. И авторы книги, отбирая перечень знаменитых художников, стремились показать представителей различных направлений и течений в искусстве. Каждое из них имеет право на жизнь, являясь выражением творческого поиска, экспериментов в области формы, сюжета, цветового, композиционного и пространственного решения произведений искусства…»

Мария Щербак , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары
14-я танковая дивизия. 1940-1945
14-я танковая дивизия. 1940-1945

История 14-й танковой дивизии вермахта написана ее ветераном Рольфом Грамсом, бывшим командиром 64-го мотоциклетного батальона, входившего в состав дивизии.14-я танковая дивизия была сформирована в Дрездене 15 августа 1940 г. Боевое крещение получила во время похода в Югославию в апреле 1941 г. Затем она была переброшена в Польшу и участвовала во вторжении в Советский Союз. Дивизия с боями прошла от Буга до Дона, завершив кампанию 1941 г. на рубежах знаменитого Миус-фронта. В 1942 г. 14-я танковая дивизия приняла активное участие в летнем наступлении вермахта на южном участке Восточного фронта и в Сталинградской битве. В составе 51-го армейского корпуса 6-й армии она вела ожесточенные бои в Сталинграде, попала в окружение и в январе 1943 г. прекратила свое существование вместе со всеми войсками фельдмаршала Паулюса. Командир 14-й танковой дивизии генерал-майор Латтман и большинство его подчиненных попали в плен.Летом 1943 г. во Франции дивизия была сформирована вторично. В нее были включены и те подразделения «старой» 14-й танковой дивизии, которые сумели избежать гибели в Сталинградском котле. Соединение вскоре снова перебросили на Украину, где оно вело бои в районе Кривого Рога, Кировограда и Черкасс. Неся тяжелые потери, дивизия отступила в Молдавию, а затем в Румынию. Последовательно вырвавшись из нескольких советских котлов, летом 1944 г. дивизия была переброшена в Курляндию на помощь группе армий «Север». Она приняла самое активное участие во всех шести Курляндских сражениях, получив заслуженное прозвище «Курляндская пожарная команда». Весной 1945 г. некоторые подразделения дивизии были эвакуированы морем в Германию, но главные ее силы попали в советский плен. На этом закончилась история одной из наиболее боеспособных танковых дивизий вермахта.Книга основана на широком документальном материале и воспоминаниях бывших сослуживцев автора.

Рольф Грамс

Биографии и Мемуары / Военная история / Образование и наука / Документальное