Выглядел он при этом очень довольным собой. Лаванда напряглась; я был готов к тому, что она сейчас треснет его папкой по голове или просто выскажет пару ласковых.

– Я не выходил, – в тон Лаванде произнёс я, – просто отключил оповещения, а то вы там до двух ночи мемы с котятами кидали.

Оливер положил ногу на ногу и ритмично покачивал ступнёй. Смотрел он на Лаванду так изучающе, словно она устраивала тут целое представление.

– Неважно, – отрезала она, пытаясь сдержать раздражение. – Мы будем танцевать вальс на выпускном балу лицеистов. Вас записывать на дополнительные занятия?

– До выпускного ещё полгода! – повысил голос Оливер.

Я глянул на библиотекаршу, та грозно уставилась на нас в ответ.

– Ой, кто это тут у нас возмущается, неужели гуру организации? – Прищурившись, Лаванда сложила руку козырьком у лба и осмотрелась, затем опять едко глянула на Оливера. – Вот если бы ты занимался хоть какими-то мероприятиями, то знал бы, что к ним нужно готовиться заранее. – Она принялась загибать пальцы. – Найти преподавателя, помещение, обговорить расписание, оплатить занятия…

– Понял, каюсь. – Оливер театрально поклонился ей. – Пять ударов плетьми мне по спине, и конфликт решён.

– Обойдёмся без кровопролития, – отмахнулась она деловито. – Так что с занятиями? Вас записывать? Как у вас с вальсом?

– Обязательно танцевать? – обречённо спросил я.

– Да! – опять завелась Лаванда. – Ты хоть понимаешь, что это выпускной бал лицеистов и там мы…

– Стоп, стоп, стоп. – Оливер примирительно выставил руки вперёд. – Мы всё поняли. – Положив руку на грудь, он с чувством произнёс, словно изображал героя шекспировских трагедий на сцене: – Выпускной – дело всей жизни. – И, обращаясь ко мне, драматично изрёк: – Как мы могли это забыть?

Не сдержавшись, я прыснул от смеха. Лаванда сердито на нас уставилась. То, с каким рвением и верой она бралась за дело, было прямо противоположно тому, с каким пренебрежением относился ко всей этой суете Оливер. Вдобавок я посмел хихикать над шутками Брума в её присутствии! Думаю, для таких, как я и Оливер, в аду припасён отдельный котёл.

– Нет, мы не будем ходить на дополнительные занятия, – подытожил Оливер, вальяжно развалившись на стуле.

– А ты умеешь танцевать? – недоверчиво прищурилась Лаванда.

– Да. Я помогу Готье с подготовкой, если ты оставишь нас в покое. – Повернувшись ко мне, Оливер многозначительно поиграл бровями и добавил: – Мы с тобой потанцуем и прекрасно проведём время, зачем нам кто-то ещё?

– Делайте как вам угодно, – с обидой бросила она и, развернувшись на каблуках, направилась к выходу. Оливер проводил её взглядом и прокомментировал:

– Её бы энергию да в мирное русло.

И тут я задумался совсем о другом. Если Оливеру и правда некомфортно с девушками, как он будет танцевать на выпускном? Только если с Оливией. А ведь я тоже не прочь с ней потанцевать. В нашем классе девочек было меньше, чем мальчиков, поэтому я не понимал, как мы разобьёмся на пары. Может, администрация разрешит пригласить кого-нибудь не из лицея. Хотя приглашать мне всё равно некого. Я внезапно осознал, что у меня практически нет подруг.

– Пойдём, скоро звонок, – вздохнул Оливер, поднимаясь.

– Где Оливия? – Я двинулся следом, закидывая рюкзак на плечо.

– Парень из параллели попросил её поговорить наедине, – равнодушно бросил он. – Наверное, в любви признаётся, а она вежливо его отшивает.

Сердце сделало кульбит, но я быстро взял себя в руки. Оливер с любопытством оглянулся. Он явно проверял, как я отреагирую.

– Она тебе нравится, да? – прищурившись, спросил он.

– Да, – признался я. Не было смысла лукавить. Оливер видел меня насквозь. У Оливии в поклонниках половина лицея, и он их всех недолюбливал.

Мы торопливо пересекли холл, направляясь к лестницам.

– Ты ей тоже нравишься, – как ни в чём не бывало произнёс Оливер и, опередив меня, поднялся по ступенькам.

Я встал как громом поражённый, не осознавая, что мешаю потоку учеников. Это не могло быть правдой, но я, как утопающий, схватился за соломинку. Оглянувшись на меня, Оливер хмыкнул и спустился, встав на две ступеньки выше.

– Я думаю, она в тебя влюблена, – проговорил он в тот самый момент, когда заиграла мелодия, возвещающая начало урока.

– Что? – Я ухватил его за рукав и с силой потянул на себя. – Ты издеваешься?

Я правильно всё расслышал? Влюблена? Быть того не может. Ученики понеслись к кабинетам, а мы так и стояли на лестнице.

– Я серьёзен, – проговорил Оливер. – У неё есть личный дневник. Она пишет там инициалы. «Г. Х.» Думаю, что это ты, Готье Хитклиф.

<p>2</p>

– Если Адам Шерр скажет что-то грубое, не реагируй, – шепнул Скэриэл, прежде чем мы вошли в кабинет.