Читаем Религия бешеных полностью

Камера даже географически поделена на несколько сегментов. Есть братва — люди, которые имеют связи с уголовным миром всю свою жизнь. Они на воле общались в криминальных кругах, имеют представления об уголовном мире, о царящих там правилах, знают, как в идеале должны обстоять дела в зоне, как выстраивается система иерархического управления. Знают весь «воровской ход» — такое общее, собирательное название. По уголовной жизни они здравомыслящие, нормальных человеческих качеств, не запятнали себя какими-то там грехами по жизни уголовной и, следовательно, могут иметь отношение к решению всяческих вопросов. Например, осуществлять связь, стоять на «дороге». Пересылка различных грузов, записок, сообщений между камерами. Это работа очень ответственная, надо все фиксировать, требует пунктуальности, точности. Эти посылки могут содержать секретные сведения, могут содержать деньги, наркотики. Система учета очень сложная и продуманная, система оповещения, превентивные меры, чтобы все эти записки и посылки не попали в руки мусорам. Человек должен быть вменяемый, ответственный, с некоторым административным талантом.

Есть мужики — может, работяги, которые дали соседу по голове. Они занимаются какими-то хозяйственными вещами. Там много вопросов бытовых. Резетка сломалась. Веревку надо расплести, чтобы в соседнюю камеру записку переслать. Ремонт какой-нибудь, что-то обклеить. Это — основная масса заключенных. В принципе, они делятся на более и менее уважаемых в коллективе.

Следующие — люди, которые занимаются уборкой в камере. Это не обязательно какие-то парии, неприкасаемые. Это могут быть те же самые мужики. Человек попал в тюрьму, а ему надо жить. Без дополнительных передач питания у человека через два месяца начинают вскрываться какие-нибудь язвы, авитаминозы. Нечего курить, нет заварки, сахара. Откуда-то это должно браться. У родственников денег на передачу нет. Соответственно, он должен делать что-то полезное для окружающих, чтобы они ему в благодарность что-то дали.

И уже редкая группа каких-то там отверженных. Либо у них какое-то там непочитаемое преступление — обычно изнасилование, что-то такое. Убийство — тоже не в чести, но не до такой степени. Либо — люди, проигравшиеся в карты и не отдавшие долг. Либо — давшие показания на своего подельника. У них — грязная работа вроде уборки на дальняке. А есть такая промежуточная категория — на Бутырке это называется… Там есть такое место в камере, называется «парашют». Ряд нар, между ними предусмотрен столик. Просвет между нарами затягивается тканью, чтобы сверху не сыпались всякие соринки. И там живут уже люди, к братве относящиеся, уважаемые люди. Как правило, они уже постарше возрастом, побольше жизненного опыта, поменьше маргарина в голове. У них какой-то свой жизненный задел. А у меня — свой жизненный задел. И общение уже такое, паритетное. О чем-то уже можно поговорить, что-то обсудить.

В принципе, тяжеловато, конечно. Первый месяц — вообще переломный. Когда человек сначала попал, думает, на экскурсию. После первого месяца — ни х…, придется здесь жить. Долгое время. Придется овладевать каким-то знаниями, умениями, организовывать собственный быт. Уже начинается какая-то бережливость, начинаешь мелочи полезные собирать. Зэк по своей сути — он Плюшкин. Он никогда… Лежит нитка — он ее не выкинет. Возьмет бумажечку, ее туда намотает, положит в коробочку. И вот одежда у него порвалась — а у него уже есть ниточка, она лежит, имеет свое место. Какая-нибудь проволочка. Валяется проволока — и на х… она нужна. Нет. Если порвется обувь, он проволочку заточит, сделает крючочек, сделает шильце, зашьет обувь, еще у него это шильце кто-нибудь попросит, а он скажет: а дай закурить.

На самом деле у меня родилась такая мысль, что тюрьма похожа на компьютерную игру в серии квест. Там два направления деятельности. Ты ходишь, общаешься с разными персонажами и получаешь какую-то информацию, которую в процессе игры потом используешь. Еще ты ходишь набираешь всяких вещей, которые внешне никак не полезны, но потом их полезность обнаруживается, причем полезность вполне пригодная и незаменимая. Для чего, например, нужен обломок вот этой пластмассы в тюрьме? Выбросить его. Его нельзя выбрасывать. Из него можно сделать такую лампадку, опаять этот кусок пластмассы и сделать из него ручку для этого шильца. А можно сделать шарики, из которых потом можно сделать четки, эти четки продать за пачку сигарет. Тюрьма — это квест. Получаешь информацию и вещи, которые потом будут употреблены самым внешне, кажется, неподходящем для этого образом.