Читаем Разрушитель судеб полностью

– Ты хотел сказать, оставим Вальнира умирать, – выпалила Корэйн, а потом заглянула за угол. Там никого не оказалось, не считая нескольких обглоданных трупов.

– Лучше Вальнира, чем тебя, – огрызнулся Чарли. Сейчас Корэйн узнала в нем беглого жреца, с которым когда-то познакомилась в Адире. Того, кто ставил собственное выживание в приоритет.

Но ей нечего было противопоставить логике Чарли. Его аргумент был обоснован и неоспорим. С каждым новым шагом Корэйн все сильнее проклинала свою злополучную кровь. Бесполезное право, дарованной ей от рождения. Все то, из-за чего ее жизнь обладала большей ценностью, чем другие. Так случилось лишь ввиду неудачного стечения обстоятельств. Лично она ничего не сделала, чтобы все это заслужить.

Они бежали по развалинам так быстро, как только могли, перепрыгивая через старые скелеты и тела воинов Сиранделя в заляпанных кровью доспехах. К глазам Корэйн подступили слезы, когда среди каменных обломков она заметила и павших бессмертных бойцов. У входа в замок лежал Кастрин. Застывший взгляд его желтых глаз был устремлен в ярко-голубое небо.

Мать молодого дракона бесновалась и разносила по камешку и так разрушенную крепость. Широко расправив крылья, она ревела и неистовствовала. Стрелы Древних отскакивали от ее непроницаемой чешуи. Красный дракон лежал, прикрыв тело крыльями, чтобы защититься от нападавших. Корэйн казалось, что от его истошных криков у нее вот-вот лопнет голова.

В живых осталась всего дюжина Древних, истерзанных сражением. Их тела были покрыты кровью и пеплом.

Среди них был и Вальнир. Огромный тисовый лук, переломленный пополам, лежал у его ног. Правитель Древних хромал, но по-прежнему держал в руках меч и размахивал им, как королевским скипетром.

– Еще раз! – крикнул он. Вены на его шее пульсировали, а шрам, опоясывающий горло над воротом кольчуги, выделялся как никогда отчетливо.

Тетива луков запела, и стрелы с шипением взмыли в воздух.

– Мы справились! – выкрикнула Корэйн, чем удивила Гариона. Он бы предпочел, чтобы Древние продолжали отвлекать драконов на себя, чем спасти хоть одного из них. – Все кончено, выбирайтесь отсюда!

Сквозь пелену из дыма и пыли Корэйн встретилась взглядом с Вальниром, и тот коротко кивнул, показывая, что понял ее. Взмахом руки он приказал воинам отступать.

Бессмертные обступили наследницу Древнего Кора со всех сторон, чтобы в случае необходимости защитить ее. Корэйн неслась во весь опор, не чувствуя ничего, кроме всепоглощающего страха. Чарли бежал рядом, держа Гариона за руку. Наконец они миновали последнюю арку, и земля под ногами начала уходить вниз, показывая, что они добрались до склона холма. По обе стороны от дороги росли колючие кусты. Розам предстояло распуститься только весной, а сейчас место цветов занимали трупы.

Корэйн ожидала, что ее с головой накроет драконье пламя, но вместо этого в лицо ударил поток холодного ветра. Только тогда она осмелилась обернуться и бросить взгляд на вершину холма. Очертания крепости успели измениться: еще несколько башен обрушилось, а в воздухе висела пелена из дыма и каменной пыли.

Мать маленького дракона сидела среди руин, подвернув под себя хвост, и наблюдала за тем, как они убегают. Даже сквозь завесу дыма Корэйн видела ее светящиеся змеиные глаза. Затем самка дракона опустила голову и уткнулась чешуйчатым носом в спину детеныша. Красный дракон вздрогнул. Он был жив, хоть и серьезно ранен.

Несмотря на потери, которые они сегодня понесли, Корэйн снова испытала прилив жалости. Потом ее накрыла волна облегчения.

«Мать не оставит детеныша», – поняла она, глядя, как замок постепенно исчезает из виду.

Жалобный стон красного дракона эхом прокатился по зимним холмам. Его мать взревела в ответ, а затем наступила тишина.

В этот раз они победили не за счет тех, кого убили, а благодаря тому, кого оставили в живых.

* * *

Они скакали во весь опор, пока не оставили границу далеко позади, а вместе с ней и реки Риверосс и Ривеалсор. К тому времени, когда оказались у подножия гор, вокруг них сгустилась ночная тьма. Вальнир позволил их измученному отряду сделать привал, только когда стало темно настолько, что лошади перестали видеть собственные копыта. Над зубчатыми пиками, возвышавшимися на востоке, уже трепетала нежно-розовая дымка нового рассвета, а покрытые снегом вершины сияли в ее свете.

Корэйн не замечала ни гор, ни новых созвездий, ни красот королевства Калидон. Ее тело и душа были утомлены так, что ей хватило сил лишь выскользнуть из седла. Она улеглась на землю, закрыв глаза, и сразу провалилась в бездну глубокого сна без сновидений.

Она проснулась около полудня и обнаружила, что недалеко от нее горит небольшой костер, обложенный камнями по кругу. Пламя почти погасло, но от него все еще истекали волны тепла. По другую сторону от костра спал укутавшийся в плащ Чарли, а рядом с ним Гарион.

«Драконы способны утомить даже убийц-амхара», – подумала она, потягиваясь. Веретенный клинок лежал возле нее – настолько близко, словно был ее возлюбленным. Желудок Корэйн свело от голода, и она привстала в поисках седельных сумок.