Читаем Разрушитель судеб полностью

– Наверно, я должна спросить, зачем вы меня искали, – сказала она, прислонившись плечом к лошадиному боку. Ощущать тепло живого существа было приятно. – Но я догадываюсь, в чем дело. Теперь, когда на границе вашего леса полыхает Веретено, ваш правитель наконец-то образумился?

Кастрин поджал губы и перевел взгляд куда-то ей за спину, в направлении Джидаштерна. «Может быть, он видит дым от горящего города или выжженные полосы там, где пронеслись гончие Инфирны? Может быть, ему уже известно о том, что я оставила позади?»

Судя по отвращению, отразившемуся на лице Древнего, ее предположение было верным.

Покачав головой, он снова перевел взгляд на Корэйн.

– Мы просим вас проследовать за нами под надежную сень Сиранделя, где вы будете под защитой нашего правителя. Вальнир желает встретиться с вами.

Корэйн, по-прежнему опираясь на лошадь, скрестила руки на груди.

– Я направляюсь в Айону, – сказала она прежде, чем осознала, что делает. План рождался по мере того, как слова вылетали из ее рта. Ей вдруг показалось, что она поступает правильно. Словно к этому решению ее вела сама судьба. «Других вариантов у меня все равно нет», – подумала она и вслух сказала: – Можете сопроводить меня до вашего поселения и предоставить мне ночлег. Я поговорю с вашим Вальниром, но потом продолжу путь.

Воины Кастрина, стоявшие за его спиной, обменялись удивленными взглядами. Сам Кастрин растерянно моргнул, разделяя их озадаченность. Они явно не ожидали, что получат отпор. Этим Древним, по-видимому, недоставало опыта общения со смертными.

Наконец он поклонился еще раз.

– Да будет так, миледи.

Корэйн поморщилась. Этот титул ощущался так же, как песок на зубах.

– Обращайтесь ко мне по имени, Кастрин.

В ответ Древний покорно склонил голову в очередном поклоне.

– Да будет так, Корэйн.

К ее глазам вновь подступили слезы, но уже не с такой силой, как раньше. Чем больше боли она испытывала, тем менее чувствительной становилась. Все равно что долго стоять на лютом холоде – в какой-то момент просто перестаешь его ощущать.

– Я слышал о ваших соратниках, Корэйн. Они обладают силой и изворотливым умом. Благородные герои, все до одного, – сказал Кастрин, вглядываясь в ее лицо. Корэйн изо всех сил пыталась сохранять спокойствие. – Где же они?

Слова застряли в горле, а губы отказывались шевелиться. Она не могла даже заставить себя произнести эти слова вслух, но Древний не сдавался.

– Домакриан из Айоны? – настойчиво продолжал Кастрин. – Он наш друг.

У Корэйн перехватило дыхание, в ушах застучала кровь. Резко повернувшись к Древним спиной, она вскочила на лошадь.

– Он был и моим другом тоже, – прошептала она.

* * *

Каждая миля, которую Корэйн оставляла позади, каждый прошедший день становились еще одним кирпичиком в стене, окружавшей ее сердце. Она сосредоточилась на ритмичном шаге своей лошади: считать удары копыт было легче, чем вспоминать Соратников и участь, которая их постигла. Но они все равно преследовали ее, снова и снова являясь во снах.

Каслвуд оказался настоящим лабиринтом, состоящим из корней, кустов и ветвей древних деревьев. На первый взгляд все вокруг казалось одинаковым. Повсюду были лишь зимняя серость и зелень сосен, а под ногами стелился бурый ковер из иголок и упавших листьев. Однако Древние знали такие пути, какие не смог бы отыскать ни один из смертных, и уверенно вели коней по туннелям из перевитых веток. Корэйн оставалось лишь следовать за ними. Она чувствовала себя потерянной и не могла отделаться от ощущения, что лесные дебри проглатывают ее заживо. Она потеряла счет дням, пока плелась в хвосте процессии, словно сокрушенный горем призрак.

– Корэйн ан-Амарат. – Голос Кастрина пробился сквозь пелену воспоминаний, окружившую сознание Корэйн.

Остановив лошадь, она обернулась и обнаружила, что бессмертные успели спешиться.

Они смотрели на нее желтыми глазами, словно чего-то ждали. Их взгляды походили на солнечные лучи, мерцающие между деревьями. Кастрин склонился и изящно вытянул руку, являя собой образец придворного джентльмена.

– Мы прибыли, – сообщил он.

Корэйн озадаченно нахмурилась. Лес вокруг оставался неизменным: все те же камни, корни и скованные льдом речушки. Над обнаженными дубами возвышались сосны. Тополя шелестели ветками, с которых еще не облетела золотистая листва. Птицы пели немного громче, а вода билась о камни чуть-чуть мелодичнее, но в остальном все было по-прежнему.

– Я не… – начала она, оглядываясь по сторонам.

В этот момент угол ее зрения изменился, и перед ней расцвел Сирандель.

Два дерева позади Кастрина на самом деле были колоннами, обтесанными столь искусно, что на вид камень не отличался от древесной коры. У них даже имелись корни, уходящие прямо в землю. Оставшиеся листья на гладких ветках оказались стеклянными фигурами невероятно филигранной работы. Красные, золотые и багровые, они отбрасывали на землю мерцающие тени. Искусственные деревья изгибались, образуя арку.

«Точнее, ворота».

– Отсюда пойдем пешком, – пояснил Кастрин, взяв своего коня под уздцы. – Теперь дорогу найти легко, даже для вас.