Читаем Разрушитель судеб полностью

К удивлению Эриды, Белла опередила ее, выглянув из-за двери своей спальни. Она была облачена в сорочку, а ее собранные в свободную косу волосы ниспадали по спине. Эрида не привыкла видеть леди Харрсинг без драгоценностей, учитывая все ее безмерное богатство. Однако даже без украшений Белла не выглядела незначительной. А благодаря проницательному выражению лица производила совершенно другое впечатление.

– Ваше Величество, – выдохнула леди Харрсинг и широко распахнула дверь. Она так спешила, что оставила трость у кровати, и теперь ей приходилось опираться на стену. – Вы в порядке?

У Эриды сжалось сердце. Люди всегда задавали ей так много вопросов: какого цвета платье она хотела бы надеть, какую корону она выберет, что повелит сказать этому лорду, как прикажет задобрить ту знатную особу? Однако мало кто догадывался спросить, как дела у нее самой.

– У меня все хорошо, Белла, – ответила Эрида и вошла в комнату следом за пожилой женщиной.

В прищуренных бледно-зеленых глазах Харрсинг промелькнуло сомнение. Слова королевы совсем ее не убедили.

– В таком случае что вы делаете в моей спальне под покровом ночи? – спросила она более резким тоном.

Когда Эрида была моложе, она изредка наносила леди Харрсинг подобные визиты – приходила за крошечной бутылочкой дамского чая. Его заваривали по рецепту, известному каждой женщине. Он пах мятой, а цветом напоминал лаванду. Эрида до сих пор помнила его вкус, а также отчаяние, которое вынуждало ее прибегнуть к этому средству.

Эрида поспешно покачала головой.

– Нет, дело не в этом, Белла, – с теплотой в голосе ответила она. – Позволь, я помогу тебе дойти до кровати.

– Хорошо.

Улыбнувшись уголками губ, Эрида протянула обе руки, чтобы поддержать леди Харрсинг. Она изо всех сил старалась не поморщиться, когда пожилая женщина оперлась на ее раненую кисть. Вместе они пересекли спальню – такую же тесную, как и вестибюль. В углу горела одна-единственная свеча, испускающая облачко света.

– Итак, – сказала Харрсинг после того, как снова устроилась под одеялами. – Что у вас произошло? Какой совет я могу дать моей королеве? – У нее сбилось дыхание. – Какой совет я не могу дать во всеуслышание при свете дня?

Эрида подвинула маленький стул ближе к кровати и неторопливо уселась на него, хотя ее сердце отчаянно колотилось. В глубине души ей хотелось вскочить на ноги и убежать прочь. Но недостаточно сильно, чтобы она действительно так поступила.

– Я многого не могу сказать, Белла, – прошептала Эрида.

Харрсинг ласково погладила ее по руке.

– Вы боитесь.

Эрида моргнула и обдумала ответ. Пламя свечи замерцало, и она вздохнула, принимая решение. Во лжи не было никакого смысла.

– Да, ты права, – признала она.

«У меня так много причин для страха».

К ее удивлению, леди Харрсинг лишь пожала узкими плечами, прикрытыми тканью сорочки.

– Без этого никак нельзя.

Эрида в замешательстве посмотрела на нее:

– Без чего?

Пожилая женщина снова пожала плечами.

– Страх не настолько ужасен, как мы привыкли считать, – сказала она. – Раз вы боитесь, значит, у вас есть голова на плечах, причем вполне разумная. Значит, у вас есть сердце, как бы вы ни пытались его спрятать ото всех нас.

Как и Эрида, леди Харрсинг привыкла носить маску, слепленную за долгие десятилетия жизни при королевском дворе. Но сейчас она сняла ее и подарила Эриде искреннюю улыбку – более теплую и мягкую, чем пламя свечи. У королевы сжалось сердце.

– Если король или королева не ведает страха, это великое бедствие для страны, – фыркнув, добавила леди Харрсинг.

Эрида не могла с ней согласиться. Собственные страхи казались ей бесконечной нерушимой цепью, которая обматывалась вокруг ее шеи. Эрида задалась вопросом, как бы она себя почувствовала, если бы освободилась от дурных предчувствий и скорбных мыслей. Если бы смогла стать настолько сильной, что страх перестал бы иметь над ней такую власть. Тогда в ее жизни остались бы одни лишь слава и величие.

Леди Харрсинг выгнула бровь, наблюдая за королевой.

– А вот когда боятся вас, это совсем другое дело.

– Это тоже необходимо, – поспешно ответила Эрида.

– В некоторой степени, – осторожно согласилась Харрсинг и опустила взгляд на свои руки, лежащие на одеяле. – Однако…

– Однако? – эхом повторила Эрида. Ее сердце едва не выпрыгивало из груди.

Харрсинг подалась вперед. На ее губах вновь заиграла улыбка, но бледные глаза оставались ледяными.

– Изволите ли вы выслушать бред старой, слабоумной женщины? – Она перешла на шепот, хотя в этом не было никакой необходимости.

Эрида знала, что леди Харрсинг самый умный человек из ее ближнего окружения. Она была столь же расчетливой, как и любой другой придворный, но при этом ни один жрец не мог сравниться с ней в житейской мудрости. Какой бы дряхлой она ни выглядела, Эрида никогда бы не назвала ее слабоумной.

Эрида кивнула, позволяя ей продолжить.