Читаем Разрушитель судеб полностью

«Почему я? – в очередной раз задалась вопросом Корэйн. – Почему именно я должна спасти мир?»

Она понимала, что нужно осмотреть клинок, но не смела до него дотронуться. Хотя Эндри Трелланд научил ее ухаживать за оружием, Корэйн не могла заставить себя даже взглянуть на меч, не говоря уже о том, чтобы чистить его. Веретенный клинок отнял жизнь у ее отца. Он отнял столько жизней, что невозможно сосчитать.

Устало шагая по пляжу, Корэйн провела пальцами по кожаной жилетке и кованой кольчуге, по изящным наручам, защищавшим ее предплечья. На них виднелись следы битвы, но золотые чешуйки по-прежнему блестели.

Dirynsima, или Драконьи когти – как их называл Сибрез. Дар Айбала, Айсадере и Благословенных Драконов. «Кажется, это было в другой жизни».

Корэйн повернула руку, чтобы в свете звезд изучить один из наручей. Стальные шипы, протянувшиеся по всей длине ее запястья, были острыми, словно лезвие. Некоторые из них стали темно-красными от запекшейся крови.

Крови Таристана.

– Ты неуязвим для большинства оружий, – вслух произнесла Корэйн, повторяя слова, которые несколько часов назад сказала своему дяде. – Но не для всех.

Драконьи Когти были благословлены дважды. Их зачаровали Айсадере – и Вальтик. Видимо, джидийской костяной магии или айбалийской веры было достаточно, чтобы ранить Таристана. Эта мысль принесла небольшое утешение. Но Корэйн все равно и не думала засыпать. Несмотря на усталость, она не могла заставить себя остановиться.

«Открытое Веретено совсем рядом, – подумала она. – А вместе с ним и Тот, Кто Ждет. Он ожидает меня в моих же снах».

Даже сейчас, бодрствуя, она практически чувствовала Его присутствие, словно красный туман на периферии зрения. Она вспомнила, как провалилась сквозь Веретено в старом храме и оказалась в бесплодном, проклятом, мертвом мире – завоеванном и искаженном. Расколотые Асандером Пепельные земли превратились в адское королевство Того, Кто Ждет. Когда Корэйн попала туда, Он нашел ее. Его присутствие походило на тень, которую никто не отбрасывает.

Теперь король Асандера дожидался Корэйн в дальнем уголке ее собственного разума. Протягивал руку, готовый затянуть ее вниз.

Она помнила каждое сказанное им слово.

– Как мне ненавистно пламя внутри тебя, это твое беспокойное сердце, – прошептал тогда Он.

Сейчас Корэйн чувствовала свое сердце. Оно по-прежнему упрямо колотилось.

– Ты не можешь постичь миры, которые я видел, – сказал Он, и Его тень покрылась рябью от скрытой в нем мощи. – Они безграничны, полны алчности, ужаса. Опусти Веретенный клинок. И Я сделаю тебя королевой любого королевства, которое ты выберешь.

Она до боли прикусила губу. Этого оказалось достаточно, чтобы вернуться к реальности, а звучавший в сознании голос умолк.

Несмотря на то что Корэйн всей душой ненавидела этот клинок, она вдруг поняла, что он притягивает ее взгляд. Она наблюдала за ним, как за опасным зверем. Будто меч мог выпрыгнуть из ножен, чтобы заколоть и ее.

Не давая себе шанса передумать, она быстрым движением вытащила меч наружу.

В обнаженной стали отразилось ее лицо.

Под глазами залегли темные круги. Черная коса спуталась, а бронзовая кожа побледнела – сказывалось влияние северной зимы. Ее губы потрескались от холода, а глаза покраснели от дыма и горя. И все-таки она оставалась собой, и будущее мира по-прежнему лежало у нее на плечах. Она была все той же Корэйн ан-Амарат, девушкой с угрюмым лицом, унаследованным от отца, и непоколебимой волей, доставшейся ей от матери.

– Достаточно ли этого для победы? – спросила она у тишины. – Достаточно ли для победы меня?

Ответа не последовало. Никто не дал ей совета, не указал направления. Под ногами не появилось нужной тропы.

Впервые за всю свою жизнь Корэйн не представляла, куда идти.

Внезапно ее лошадь испуганно подняла голову и навострила уши, заставив Корэйн задрожать.

– Что случилось?

Лошадь, будучи лошадью, ничего не ответила.

Однако Корэйн не нуждалась в ответе. Охвативший кобылу страх был ответом сам по себе.

Она повернулась в сторону Джидаштерна, вперив взгляд в горизонт. В темноте горело что-то наподобие свечи. По крайней мере, оно напоминало свечу, пока порыв ветра не принес запах крови и дыма.

Не мешкая ни секунды, Корэйн запрыгнула в седло. Огонек позади нее стал больше и издал протяжный вой.

Гончая Инфирны.

Корэйн стиснула зубы, наблюдая за тем, как свеча раскалывается на множество частей. Раздался злобный лай, эхом прокатившийся на многие мили вокруг. Лошадь перешла на галоп. Она явно помнила пылающих гончих Таристана не хуже Корэйн.

«Значит, его армия где-то рядом, – поняла Корэйн, чувствуя, как обрывается сердце. – А может, и сам Таристан».

Она пришпорила лошадь, чтобы та скакала еще быстрее. Корэйн было тяжело думать. Все тело ломило от усталости, но она не могла позволить себе упасть.

«Иначе вместе со мной падет весь мир».

Магия Вальтик еще не иссякла, и лошадь без устали неслась по темному побережью.