Мне становится не по себе. Близость Денежко и то, как он смотрит, снимают с меня один защитный слой за другим. Распирающее чувство дискомфорта в груди мешает дышать и давит в горле. Обняв чашку руками, я делаю обжигающий глоток.

– Процедура признания тебя отцом тоже потребует моего присутствия? – спрашиваю просто затем, чтобы разбавить тишину.

– Что у тебя происходит? – неожиданно задает вопрос, который я ожидала от него услышать меньше всего.

– Ты о чем?

Прожигая меня глазами, он молчит. А я, понимая, что железный занавес поднялся только на мгновение, глупо теряюсь. Хватаюсь пальцами за выбившиеся из хвоста локоны и, соскочив со стула, уношу чай в раковину.

– У меня все в порядке…

– Не ладится с мужем?

Застыв, я резко оборачиваюсь. Наболевшее за день горит огнем. Воздух между нами звенит напряжением. Если будет взрыв, то пусть он разнесет к чертям собачьим все вокруг.

– У нас с ним и не должно ладиться. Мы разводимся, – проговариваю непохожим на мой голосом.

Не сумев справиться с ползущим по спине ознобом, срываюсь на дрожь.

Лешка делает шаг вперед и упирается бедром в столешницу кухонного гарнитура. Лицо неподвижно, но перекатывающиеся под кожей желваки я вижу отчетливо. Решение заговорить со мной ему далось непросто.

– Что тогда? Разговор с ним прошел не так, как ты хотела?

– Не так, – выдавливаю я.

Страх напороться на острие его холодности и безразличия держит, не отпуская. Но держать в себе то, что убивает изнутри, нет больше сил. Эмоции собираются в горле огромным комом и наполняют глаза слезами.

– Станис не хочет развода.

Напряженные ноздри Лешки вздрагивают, взгляд становится пронзительным. В моих ушах начинает звенеть. Зажмурившись на мгновение, я прижимаю к ним собранные в кулаки ладони, а потом повторяю:

– Он не хочет разводиться со мной.

– Он не подал на развод?

– Он?.. – мотаю головой, отчего рассыпавшиеся волосы падают на лицо и частично закрывают его, – Нет. Я сама подала. Пару недель назад.

– Зачем?.. – спрашивает тихо, – Зачем, если есть возможность не разводиться?..

– Ты говоришь как он… Всем плевать на то, чего хочу я!..

Оттолкнувшись от стола, я протискиваюсь мимо него и иду в ванную. Мне нужно остудить лицо и выровнять дыхание. Открыв кран на полную, я дожидаюсь, когда пойдет ледяная вода, а потом, подставив ладони, зачерпываю немного и плескаю на себя.

Лешка наблюдает. Я чувствую это кожей.

– Вы ничего не знаете обо мне… Никто.

– И чего же ты хочешь, Варя?

– Я хочу свободы. Хочу развода. Хочу назад свою фамилию!..

– Раньше ты хотела другого, – напоминает он.

Тщательно умывшись, прячу лицо в полотенце.

– Я мечтаю забыть о том, что было раньше, – восклицаю глухо и поднимаю на него глаза, – Ты все равно не поверишь мне…

– Он обижал тебя? – спрашивает Леша спустя несколько секунд.

– Боже!.. Ты имеешь в виду насилие?.. Нет, не обижал, – усмехаюсь горько, понимая, что что бы я ни сказала сейчас, он вряд ли меня поймет, – Дело не в этом.

– В чем тогда?

– В том… – я осекаюсь, собираясь с мыслями, – В том, что я каждый гребаный день варилась в чувстве вины и проклинала себя за то, что однажды… сделала неправильный выбор.

Лешка, глядя на меня исподлобья молчит, а я больше не могу. Эмоции, перемалывая все внутри, просятся наружу. Его образ перед моими глазами размывается в мутное пятно.

– Что ты молчишь?.. – шепчу сипло, – Нечего сказать?

– Нечего.

– Ты не можешь запретить мои чувства!.. Никто не в праве мне указывать, что я должна чувствовать!

Денежко снова не отвечает, и меня начинает колотить.

– Я жалею, ясно!.. Я ни одного дня не была с ним счастлива!.. Потому что… – внезапно голос срывается, и из горла вылетает громкий всхлип.

Вслепую сделав два шага, я врезаюсь в его каменное тело. Впечатываюсь в него и обвиваю руками пояс. Утыкаюсь носом в основание его шеи и, пока он не опомнился и не оттолкнул меня, жадно затягиваюсь запахом кожи. Он проникает в легкие, пропитывает собой каждую клетку, даря кратковременное ощущение абсолютного счастья.

– Дай мне минуту, Леш, пожалуйста, – прошу тихо, – Немного твоего тепла… Мне очень плохо…

Он не шевелится, но обнимать себя разрешает. Я реву от того, что чувствую, жмусь теснее, глажу руками его спину и прижимаюсь губами к бешено пульсирующей венке на шее.

<p>Глава 37</p>

Варя

С моим сознанием происходят странные вещи – туман в голове и вспыхивающие, как слайды в темноте, флешбэки переносят в прошлое. Во времена, когда ворованные поцелуи и объятия с Денежко сводили с ума и отключали инстинкт самосохранения. Когда я вспыхивала от одного лишь его взгляда, плавилась в его руках, желая как можно сильнее растянуть моменты близости.

Сейчас я чувствую почти то же самое. Все то же воровство, за исключением одного – тогда мы горели оба.

Крепко зажмурившись, я впитываю в себя тепло его тела каждой порой. Касаюсь щекой колкой щетины, мажу губами по квадратному подбородку и прижимаюсь к уголку рта.

Секунда, две… Отсутствие отклика как ушат холодной воды за шиворот.

Разжав руки, я отскакиваю назад и отворачиваюсь от него.

– О, боже… Прости…