Читаем Разоблачение полностью

Хотя эти устройства и были невероятно миниатюризированы, Сандерс давно уже свыкся с тем, что дизайнеры опережали время от силы на пару лет. Приборы уменьшались в размерах очень быстро: сейчас Сандерс уже не мог поверить себе, что, когда он пришел в «ДиджиКом», компьютеры весили килограммов пятнадцать и были размером с большой чемодан, а переносных радиотелефонов не было и в помине. Первая модель, разработанная «ДиджиКом», весила семь с половиной килограммов, и носить ее надлежало на наплечном ремне. Тем не менее люди смотрели на нее как на чудо. А сейчас потребитель был недоволен, если его телефон весил больше нескольких унций. Сандерс прошел мимо большой машины для резки пенопласта, поблескивающей из-под плексигласовых щитков ножами и месивом разных трубок, и обнаружил Марка Ливайна и его ребят, склонившихся над темно-синими дисководами, присланными из Малайзии. Один из них уже разобранный, лежал на столе. Под ярким светом галогеновых ламп конструкторы ковырялись в его внутренности крошечными отверточками, время от времени поглядывая вверх, на экраны диагностических приборов.

– Ну, и что вы нашли? – спросил Сандерс.

– Ах, черт! – воскликнул Ливайн, картинно подняв руки. – Ничего хорошего, Том, ничего хорошего.

– Давай подробнее. Ливайн показал на стол:

– Здесь, внутри шарнира, находится металлический стержень; вот эти хомутики прижимаются к нему, когда откидывается крышка, и через них идет питание на дисплей.

– Ясно…

– Но питание идет с перебоями. Похоже, что стержень коротковат. Он должен быть сорок четыре миллиметра длиной, а этот сорок два, ну от силы сорок три.

Ливайн выглядел очень расстроенным, весь его вид говорил о том, что он предвидит кошмарные последствия. Стержень оказался короче на миллиметр, и мир катился от этого ко всем чертям. Сандерс понял, что сейчас ему придется Ливайна успокаивать, что он и делал уже неоднократно.

– Мы с этим справимся, Марк, – сказал он. – Конечно, для этого придется вскрыть все готовые изделия и заменить детали, но мы это сделаем.

– Разумеется, – согласился Ливайн, – но это еще не все. По спецификации хомутики должны быть сделаны из нержавейки марки 16/10, которая достаточно гибка, чтобы хомутик пружинил и прижимался к стержню. А в этом аппарате хомутики сделаны из какой-то другой стали – вроде бы 16/14. Они слишком жесткие. Когда раскрываешь корпус, они сгибаются, но в прежнее положение уже не возвращаются.

– Значит, поменяем и хомутики. Тогда же, когда будем менять прутки.

– Не так все просто, к сожалению. Хомутики запрессованы в корпус намертво.

– Вот зараза…

– Вот-вот. Они являются неотъемлемой частью корпуса.

– Ты хочешь сказать, что из-за поганых хомутиков нам придется менять все корпуса?

– Точно.

Сандерс покачал головой.

– Мы их уже кучу настрогали. Что-то около четырех тысяч…

– Значит, еще настрогать придется.

– А что с самим дисководом?

– Работает с запаздыванием, – ответил Ливайн. – Это несомненно. А вот почему, я точно сказать не могу. Может быть, что-то с питанием, а может быть, проблема в управляющем чипе.

– Если это чип…

– …То мы сидим по уши в дерьме. Если дело в дефекте конструкции, придется вернуться к чертежным доскам. Если дефект производственный – будем переделывать сборочную линию и, возможно, менять фотошаблоны. В любом случае на это уйдут месяцы.

– А когда мы будем знать точно?

– Я передам дисковод и источник питания диагностикам, – сказал Ливайн. – К пяти они приготовят отчет. Я тебе его занесу. Мередит уже знает об этом?

– Я встречаюсь с ней в шесть и все расскажу.

– Хорошо. Позвонишь мне после вашей встречи?

– О чем речь!

– Это даже к лучшему, – заявил Ливайн.

– Ты о чем?

– Мы с самого начала подбросим ей серьезную задачку, – объяснил Ливайн, – и посмотрим, как она с ней справится.

Сандерс повернулся к выходу. Ливайн пошел его провожать.

– Между прочим, – спросил Марк, – ты сильно психуешь оттого, что не получил эту должность?

– Я разочарован, – ответил Сандерс, – но не психую. Не от чего здесь психовать.

– Если хочешь знать мое мнение, то Гарвин с тобой поступил по-свински. Ты давно работаешь и доказал, что можешь руководить отделом, а он назначает кого-то другого.

– Это его компания, – пожал плечами Сандерс. Ливайн грубовато обнял Сандерса за плечи.

– Знаешь, Том, временами ты бываешь рассудителен настолько, что это идет тебе во вред.

– Вот уж не думал, что быть рассудительным плохо, – ответил Сандерс.

– Плохо быть слишком рассудительным, – объяснил Ливайн. – Вот и будут тебя шпынять.

– Я просто пытаюсь пережить все это, – сказал Сандерс. – Потому что хочу быть здесь, когда группу выделят, в самостоятельную фирму.

– Да, конечно. Ты здесь останешься. Они вышли к лифту.

– Ты думаешь, она получила эту должность, потому что она женщина? – спросил Ливайн.

– Кто ее знает, – покачал головой Сандерс.