Читаем Разоблачение полностью

Все это значило, что чипы ставили как угодно, но только не с помощью специального автомата, как того требовала технология. Иначе один чип нельзя было бы отличить от другого. А раз они были установлены по-разному, то и происходили колебания напряжения и, соответственно, отклонения в работе памяти и прочие случайные погрешности.

Сандерс посмотрел на демонстрационную доску, на список дефектов. На этот раз его внимание привлек пункт:

Диагностики поставили напротив слова «механические» две «галочки». Это следовало понимать, что проблемы с дисководами «Мерцалка» были чисто механическими. То есть дефекты допущены на сборочной линии.

А за сборочную линию отвечал он, Сандерс.

Он ее разрабатывал, он ее монтировал. Он контролировал производство прототипов, сошедших с конвейера, от начала до конца.

А теперь линия работала плохо.

Сандерс был уверен, что его вины в этом нет. Что-то произошло уже после сдачи конвейера в эксплуатацию. Что-то было изменено, и теперь линия не работала. Но что?

Чтобы узнать это, нужно было проникнуть в базу данных.

Но у него не было доступа…

Сандерс сразу подумал о Босаке. Тот легко бы проник куда надо, как, впрочем, и любой программист из команды Черри. Все эти мальчишки были хакерами: они могли вломиться в любую систему за то время, которое понадобилось бы обыкновенному человеку, чтобы выпить чашечку кофе. Но увы, сейчас в здании не было ни одного программиста, и Сандерс понятия не имел, когда кто-нибудь из них вернется с их собрания. На этих ребят нельзя было рассчитывать. Взять хотя бы того парнишку, что заблевал всю роликовую доску – дети, сущие дети, играющие со своими изобретениями вроде этой доски, как с игрушками. Талантливые, творческие ребятишки, беззаботно дурачащиеся и…

– О Боже! – подпрыгнул он. – Луиза!

– Да?

– Есть способ!

– Чего?

– Способ проникнуть в базу данных. – Он повернулся и почти побежал из комнаты, хлопая по карманам в поисках действующего электронного пропуска.

– Нам что, нужно куда-то идти? – поинтересовалась Фернандес.

– Да.

– А не будет ли мне позволено осведомиться, куда именно?

– В Нью-Йорк, – ответил Сандерс.

* * *

…Лампы загорались одна за другой длинными рядами. Фернандес обвела взглядом комнату:

– Это что? Гимнастический зал чертей из преисподней?

– Это имитатор несуществующей действительности, – объяснил Сандерс.

Адвокатесса посмотрела на роликовые дорожки, н провода и кабели, свисавшие с потолка, и поинтересовалась:

– Таким способом вы собираетесь попасть в Нью-Йорк?

– Совершенно верно…

Сандерс прошел к стеллажам, уставленным аппаратурой, над которыми висели большие рукописные плакаты типа «Не лапай!» или «Убери грабли, неумеха!». Глядя на панель управления, он заколебался.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете, – предположила Фернандес, стоя у одной из роликовых досок и глядя на серебристый шлем. – Мне кажется, эта штука может и током ударить.

– Не волнуйтесь. – Сандерс начал снимать чехлы с мониторов и складывать их стопкой, стараясь делать все побыстрее. Затем он повернул главный выключатель. Аппаратура ожила и мягко загудела. Экраны мониторов один за другим засветились.

– Становитесь на роликовую доску, – сказал Сандерс.

Подойдя к Фернандес, он помог ей вскарабкаться на дорожку. Женщина подвигала ногами взад-вперед, проверяя, как вращаются ролики. Тут же вспыхнули зеленые лучи лазеров.

– Ой, что это? – воскликнула Фернандес.

– Это сканеры, снимают контуры вашего тела. Не пугайтесь. Надевайте очки. – Сандерс подтянул вниз висевший под потолком шлем и начал было пристраивать его на голову женщине.

– Погодите-ка минутку, – отстранилась она. – Что это еще такое?

– Шлем с двумя маленькими дисплеями, которые будут проецировать изображение прямо перед вашими глазами. Надевайте, надевайте, только поосторожнее – эти штуки довольно дорогие.

– Очень дорогие?

– По четверти миллиона долларов за штучку. – Сандерс подогнал шлем и надел на голову Фернандес наушники.

– Но я ничего не вижу – сплошная темень…

– Нужно еще все подсоединить, Луиза, – объяснил он, подключая к гнездам провода, тянущиеся от ее шлема.

– О, – удивленно воскликнула женщина, – смотрите-ка… Я вижу большой голубой экран, как в кино… Прямо впереди меня. А внизу две коробочки; на одной написано «вкл.», а на другой «выкл»..

– Только не трогайте ничего, держите руки на перилах, – предупредил Сандерс, прижимая руки Фернандес к поручням роликовой доски. – А я к вам сейчас присоединюсь.

– Я как-то странно чувствую себя с этой штукой на голове…

Сандерс поднялся на вторую роликовую дорожку и опустил шлем, предварительно подсоединив к системе провода.

– Я буду рядом с вами, – сказал он и надел шлем.

Перед ним возник голубой экран, окруженный черным. Повернув голову налево, он увидел Фернандес, стоявшую совсем рядом. Выглядела она вполне обычно, и даже одежда на ней была ее. Видеокамера записала ее внешний вид, а компьютер «убрал» из-под ее ног роликовую дорожку, а с головы – шлем.