Читаем Разоблачение полностью

Блэкберн с перепуганным лицом поспешил к начальнику. Гарвин переминался с ноги на ногу, одновременно пытаясь успокоить людей из «Конли-Уайт» и вставив фитиля Блэкберну. Сандерс подошел поближе.

– Все в порядке?

– Проклятые репортеры, – выругался Гарвин. – Там, снаружи, парни из «Кей-эс-и-эй».

– Это возмутительно! – подала голос Мередит.

– Они болтают о каком-то сексуальном преследовании, – сказал Гарвин, зловеще поглядывая на Сандерса.

Сандерс пожал плечами.

– Я сейчас с ними поговорю, – засуетился Блэкберн. – Это какое-то недоразумение…

– Недоразумение? – рявкнул Гарвин. – Форменное безобразие – вот что это такое!

Казалось, все говорили одновременно, соглашаясь с тем, что это безобразие. Но Сандерс заметил, что Николс был по-настоящему потрясен. Мередит повела всех к черному ходу, ведущему наружу, на веранду. Блэкберн вышел на улицу под свет вспышек и юпитеров, подняв руки, как сдающийся преступник. Дверь за ним закрылась.

– Нехорошо, нехорошо… – приговаривал на ходу Николс.

– Не беспокойтесь, я знаком с их главным из Отдела новостей, – успокаивал его Гарвин. – Я все улажу…

Джим Дейли сказал, что вопрос о слиянии должен пока держаться в тайне.

– Не беспокойтесь, – мрачно сказал Гарвин. – Тайна будет соблюдена. Дайте только выбраться.

И они вышли в ночь через заднюю дверь. Сандерс вернулся к своему столику, где его ждала Фернандес.

– Маленькое волнение, – спокойно сказала адвокат.

– Не такое уж и маленькое, – буркнул Сандерс, наблюдая за Стефани Каплан, продолжавшей обедать со своим сыном. Молодой человек что-то оживленно говорил, бурно жестикулируя, но сама Каплан с загадочным выражением лица смотрела на двери, за которыми скрылись представители «Конли». Затем, спохватившись, она отвернулась и возобновила разговор с сыном.

* * *

Вечер был влажным и промозглым. Сандерс дрожал, когда вместе с Фернандес они возвращались к нему в кабинет.

– Откуда телевизионщики узнали об этой истории?

– От Уэлш, наверное, – ответила Фернандес. – А может быть, и нет. Городок-то небольшой… Но вы себе этим голову не забивайте. Лучше готовьтесь к завтрашнему совещанию.

– А я попробовал было об этом забыть…

– Не надо.

Впереди показалась Пайонир-сквер; окна окружавших ее домов ярко светились. Многие фирмы вели дела с японцами и старались застать первые рабочие часы в Токио.

– Знаете, – сказала Фернандес, – наблюдая за тем, как она разговаривала с теми людьми, я еще раз обратила внимание, как она хладнокровна.

– Да, Мередит хладнокровна.

– Отлично владеет собой.

– Да, что есть – то есть.

– Почему же она полезла к вам напролом – и в первый же день? Что за спешка?

«Какую проблему она решает?» – спросил Макс. Вот и Фернандес спрашивает о том же. Все, кажется, это понимали – кроме него, Сандерса…

«Ты не жертва…»

Вот и надо во всем разобраться, решил Сандерс.

Надо работать…

Он постарался вспомнить, о чем говорили Мередит и Блэкберн, выходя из конференц-зала: «…Все должно быть гладко и беспристрастно… В конце концов на нашей стороне факты – он явно некомпетентен…» – «А он не может проникнуть в базу данных?..» – «Нет, он лишен допуска в систему…» – «А он не сможет влезть в систему „Конли-Уайт“?..» – «Ты, шутишь Мередит?..»

Они, конечно, были правы – он и в самом деле не может получить доступа в систему. А что бы изменилось, если бы мог?

«Решай проблему, – советовал ему Макс. – Делай то, что у тебя получается лучше всего».

Решай проблему…

– Черт побери! – выругался он.

– Вот именно, – согласилась Фернандес.

* * *

Была уже половина десятого. Бригада уборщиков работала в центральной части четвертого этажа. Сандерс вместе с Фернандес прошел мимо них в свой кабинет, не понимая толком, зачем они туда идут – он представления не имел, что еще можно предпринять.

– Поговорю-ка я с Аланом, – сказала Фернандес. – Может, у него есть что-нибудь новенькое…

Она присела на стул и начала набирать номер.

Сандерс уселся за свой стол и включил компьютер, чтобы прочитать очередное сообщение по электронной почте:

– А как я ее проверю! – рявкнул Сандерс, глядя на экран. Он был раздосадован, как человек, который не может сложить головоломку, которую может собрать любой, кроме него.

– Алан? – спросила Фернандес. – Это Луиза. Что нового?.. Угу… Угу… А это?.. Очень печально, Алан. Нет, сейчас я даже не знаю… Если сможешь, то, конечно… Когда ты сможешь ее увидеть?.. Ладно, как получится.

Она положила трубку.

– Невезучий сегодня вечер…

– А между тем другого в нашем распоряжении нет…

– Да.

Сандерс опять посмотрел на экран монитора: кто-то из сотрудников фирмы пытался ему помочь. Советовал ему, понимаете, проверить другую компанию. Следует ли из этого, что у него есть возможность проверить ту компанию? Наверное, следует, потому что сотрудник компании не мог не знать, что Сандерс лишен допуска к базе данных «ДиджиКом».

Но что он мог сделать?

Ничего…

– Как вы думаете, кем может быть этот «Эфренд»?

– Кто его знает?..

– А если подумать?

– Не знаю…

– Ну хоть кто на ум приходит?