Читаем Разные стороны (СИ) полностью

Бедная девочка так и не поняла, отчего меня скрючило в приступе полуистерического смеха...

Когда мы уже лежали в кровати, хитрая Вика подлезла под мышку умиротворенному мне и сказала -

- Милый, а может Ксюша все-таки пришлет резюме? Ну, ты его посмотришь, может она еще и не подойдет...

- Пусть шлет - разрешил я - Почему нет, ты ее хоть знаешь, а то опять дадут невесть кого снова.

Укрепляешь свои тылы, сладкая моя, роешь траншеи и раздаешь артиллеристам по чарке водки? Это нормальный ход, принимается. Вот только если мне на Петровича вдруг ставку не дадут по какой-то причине, то фиг я твою Олесю возьму. Ну, а если дадут, то глянем на нее.

Уже засыпая, я понял, какая мысль мне не давала покоя несколько последних часов. А с чего я вообще накинулся на эту Ядвигу? С чего я ввязался во всю эту свистопляску? Нет, я помню, что у меня мелькнула какая-то мысль о том, что явный враг лучше, чем скрытый, но это как-то на меня не похоже, я обычно предпочитаю худой мир... Странно это все. Я вздохнул и уснул.

Утром я был накормлен завтраком и таблетками, а так же сопровожден в машину, которая помчала меня в редакцию. Видимо я все-таки плебей, поскольку ну вот ни разу меня это не радовало, есть во всей этой фанаберии что-то неестественное, сериальное, картонное что-то. А вот Вика, та наоборот, как должное все это принимала и открытую дверь в машину, и вежливое 'Доброе утро Виктория Евгеньевна', и приветственный кивок водителю у нее выходил каким-то абсолютно отработанным и естественным. Женщины вообще очень быстро ситуационно мимикрируют, они в гораздо меньшей степени рабы привычек, чем мы, мужчины. Хотя, может она к этому всю жизнь и шла?

Юшков был в редакции, он был краснорож и благоухал мятой, по тому, с каким трудом он двигал челюстями, я сделал вывод, что он в себя впихнул целую пачку жевательной резинки.

- Всем доброе утро - сообщил я народу, выслушал все 'Здрасьте', 'Добрейшее' и 'Радуйтесь, православные, красота вернулась', и кивнул Вадиму - Ну что, грешник, пошли?

Юшков молча прошел за мной в кабинет, следом за ним вошла Вика и закрыла дверь.

- Так, Вадя, мы с тобой взрослые люди, так? - начал я неприятный, но неизбежный разговор.

- Так - выдавил из себя Юшков.

- Ну, значит, ты все понимаешь. Я не буду разводить всю эту волынку, вроде 'Мы тебя предупреждали', 'У тебя был шанс', это ни к чему. Вот бумага, вот ручка, пиши заявление на имя Мамонта. Какое заявление, надеюсь понятно?

- А если я не захочу? - Юшков мутно взглянул на меня - Силком права не имеете.

- Ну вот - расстроился я - А говорил, что взрослый человек. А куда ты денешься?

- В трудовую комиссию пойду - неожиданно заявил Юшков - Я свои права знаю.

- Ммм, вон как - парень оказался глупее, чем я о нем думал - Иди, прямо хоть сейчас. А мы тогда вот что сделаем. Виктория Евгеньевна, иди к Алле Дмитриевне, кадровичке, скажи, чтобы она прямо сейчас собирала комиссию, будем вчерашний прогул фиксировать.

- Я грибами отравился - глухо пробубнил Юшков.

- Справка от врача есть? - ласково спросил я его - Или иной какой документ?

- Нет, я думал у нас все по честному здесь - Юшков еще сильнее насупился.

- Да, по честному. И мы закрывали глаза на твое охламонство целый квартал, прикрывали тебя, думали, что перебесишься, что ты человек. А ты вон как запел, 'трудовая комиссия'. Будь по твоему. Одно нарушение у тебя есть, скоро второе будет, никуда не денешься, либо опять прогуляешь, либо поддатый придешь, и в результате по статье отсюда вылетишь, обещаю.

- Гад ты - Юшков шмыгнул носом - Сам же не лучше, мне порассказывали о тебе. Да и здесь ты не переламываешься.

- Ну да, и у меня такое было - не стал спорить я - Только там разница была кое-какая. Я такую штуку только один раз отчебучил, и это было в газете, где мне копейки платили. Если бы мне там такое жалование поставили как здесь, думаю, что я вряд ли бы так резвился. К тому же мне этот один раз два года уже вспоминают, а ты таким на работу каждый день ходишь, да и в течении рабочего дня тебя фиг найдешь, и хоть бы слово кто сказал. Ну, кроме Шелестовой. А что до моей работы здесь - не дай тебе бог делать то, что делаю я, понял? Последний раз спрашиваю - будешь писать?

- Буду - Юшков шмыгнул носом - Рекомендации дашь?

- Нет - жестко сказал ему я - Не хочу никому свинью подкладывать. Поговори с Викторией, может она согласится.

- Нет - колокольчиком прозвенела Виктория - Моя бы воля, я бы тебя еще два месяца назад выгнала.

Юшков взял лист бумаги и ручку и хрипло сказал -

- Хоть текст продиктуйте.

Когда он ушел, Вика потерла щеки и спросила у меня -

- Может, мы не правы, может, не надо было так?

- А по другому никак - мне тоже было невесело - Дальше было бы хуже, ты же это сама знаешь. Да и парень-то вон, с гнильцой оказался. Он знает, что гонят его за дело и все равно начал выеживаться. Если бы не это, я бы может, пошел, с Мамонтом поговорил, пристроил бы его куда-нибудь или попробовал бы ему 'по соглашению сторон' пробить, чтобы он три среднемесячных оклада получил. А теперь пальцем о палец не ударю, не стоит он того.