Читаем Разговоры о кино полностью

— Да. И я этим форматом овладел. Я написал несколько сценариев, за которые мне заплатили очень хорошие деньги, но фильмов так и не случилось, потому что помешали бесконечные кризисы — сначала 2008 год, а дальше пошло-поехало. Тем не менее, мои сценарии купили, следовательно, оценили профессионалы. Может быть, когда-нибудь эти фильмы все-таки появятся. Кстати, я писал сценарии не только к фильмам, но даже к полнометражному мультфильму.

— Насколько мне известно, у вас было два опыта — позитивный с «Географом» и негативный с «Царём». Что Вы делали по-разному в работе над этими сценариями? Как работа над одним сценарием отличалась от работы над другим?

— Это два совершенно разных опыта, потому что для «Географа» я не писал сценарий. Я просто автор романа, который был написан в 95-м году. А сценарий по нему писали Александр Велединский, Рауф Кубаев и Валерий Тодоровский. К их сценарию я не имею вообще никакого отношения. В их работу я никоим образом не вмешивался. А в фильме «Царь» я был настоящим сценаристом и, разумеется, имел право желать, чтобы фильм соответствовал моему сюжету и моей идее. Но Павел Семенович Лунгин переделал все так, как счел нужным, и он тоже имел на это право. Однако мне не понравилось, что очень важные вещи из сценария были вырублены, и я потом получал шишки, которых не заслужил, точнее, заслужил не я. Но про это можно долго рассказывать.

— Мне примерно, понятны каковы взаимоотношения режиссёра и сценариста, поэтому это мне неинтересно. Гораздо интереснее Ваш текущий проект — это «Тобол». Не знаю, каковы Ваши правила и насколько Вы открыто делитесь информацией о проекте, который в работе, но хотелось спросить, что было первично: роман или первичен был сценарий?

— Вообще первичен был канал HBO, как это ни странно. Меня страшно заинтересовал формат драматического сериала, а HBO производит самые интересные драматические сериалы, и мне очень захотелось поработать в этом формате. Разумеется, роман ты можешь писать и для себя, но сценарий для себя ты писать не будешь. И как только мне последовало предложение о многосерийном фильме по истории Сибири, я сразу предложил делать этот фильм именно в формате драмсериала «а-ля» HBO. То есть первично всё-таки было желание поработать в новом формате. Потом, когда я написал сценарий, я подумал: зачем труду пропадать? Будет фильм или не будет — неизвестно, даже если будет, то будет ещё не скоро. И, как в анекдоте говорится, чтобы два раза не вставать, я решил написать и роман по собственному сценарию, благо, что всё уже придумано.

— Практически это первый случай, когда автор из сценария делает роман. Потому что буквально года три-четыре назад проходила информация о том, что Джонатан Франзен заключил договор с каналом HBO на то, что следующий свой роман он напишет сразу для канала. В итоге они ни о чём не договорились, и он выпустил просто роман. В этом случае я думаю, что Вы являетесь первооткрывателем.

— Ну, не уверен. Тот же Мартин — он ведь ещё не дописал свою «Песнь льда и пламени», а многие сюжетные линии уже воплощаются в шестом сезоне «Игры престолов». Мартин ещё только пишет, а кино уже снято.

— Скажите пару слов, о чём эта история «Тобол»? О чём сериал, о чём роман?

— На самом деле всё разделяется на два больших вопроса. Один вопрос: о чём этот сериал, какой сюжет? Другой вопрос: как он делается, то есть в чём особенности формата драмсериала, его эксклюзив и актуальность в нынешнее время? Отвечу на первый вопрос. Это история о петровских временах в Сибири. Тогда Петр учредил губернии, в Тобольск приехал новый губернатор — князь Гагарин, он оказался очень деятельным человеком, много сделал для Сибири, и в тоже время был страшным ворюгой, а в конце концов закончил жизнь на виселице, Пётр его казнил. Но рядом с Гагариным действовало множество других интереснейших исторических личностей: картограф и зодчий Семён Ремезов, митрополит Филофей, который путешествовал по чащобам и крестил инородцев, тогда же случился военный поход против джунгар — это степняки-монголы, калмыки. Тут же были и раскольники, которые устраивали массовые самосожжения, и пленные шведы, которые везде совали свой шведский нос, и китайские караваны с контрабандистами, и так далее. Много всего интересного, много всяких линий, увязанных вместе в один узел. Это то, что касается собственно сюжета, вернее, обстоятельств действия. Но дело ведь не в сюжете. Даже на основе всех этих причудливых исторических реалий можно снять какой-нибудь традиционный классический пеплум вроде «Михайло Ломоносова», и это будет абсолютно архаичный продукт, несовременный и несвоевременный фильм, который сейчас никому не интересен, и его будут смотреть только пенсионеры. А современной эта история становится именно в формате драматического сериала. Но драмсериал — отдельный разговор.

— Хорошо, давайте поговорим, что делает сериал драматическим сериалом?