Читаем Равенклифф полностью

— Вы должно быть сын Дейм Бекуит. Мы наслышаны о вас.

— Не верьте ни единому слову, — сказал Натан, откусив яблоко. — Слухи здесь летают — если честно, здесь многое летает, — он снова подмигнул мне.

Я беспокойно заёрзала на своём месте и услышала, как записка Рэйвена зашуршала в моём кармане.

— Второкурсники обычно не ходят на посвящение, — сказала я Натану, по большей части, чтобы скрыть свою позорную тайну, а не потому, что я заботилась о правилах.

— Говоришь как строгий блюститель, — возразил Натан. — Но как я могу противиться сопровождению столь милых леди?

Он одарил Мэри и Сюзанну улыбкой, которая превратила их в жеманные лужицы из хихиканья. Даже Миртилена вытянула свою длинную шею, чтобы попасть в поле зрения Натана. Я бросила взгляд в другой конец зала, где в двух столах от нас сидела Хелен и увидела её свирепый взгляд в нашем направлении. Возможно, в этом и был весь смысл представления Натана — заставить Хелен ревновать.

А, может быть, и нет. После остроумной шутки, которая вынудила весь стол разразиться смехом, Натан наклонился, чтобы вернуть себе упавший платок, и прошептал мне на ухо:

— Я и за тобой тоже буду присматривать, Ава. — Потом он удалился, раскланявшись и улыбнувшись новеньким девушкам.

— Ох, какой приятный и очаровательный молодой человек! — сомлела Мэри Маккрей, положив одну руку на сердце.

— И очень храбрый, — произнесла Этта, оторвав взгляд от своей почти нетронутой тарелки.

«А ты, Этта?» — я едва не произнесла, но затем вспомнила, что Натан вызволил Рут из клуба «Хелл-Гейт». Конечно же, он был героем для Этты — как очевидно, он был таким для всех девушек. Мне пришлось попотеть, чтобы заставить их утихомириться, когда зазвонил первый колокол.

— Шшш… — прошипела я, указав на позолоченный ручной колокольчик в центре нашего стола. — Одна из вас должна позвонить в колокол. Это часть традиции.

Все девочки, за исключением, Миртилены, посмотрели на Этту, которая, скромно улыбнувшись, зажала колокольчик в своей маленькой ручке и решительно позвонила в него.

Главный Зал наполнился шумом звонивших колоколов, когда учителя Блитвуда взошли на сцену. Я сообщила девочкам имена каждого учителя, по ходу их появления: Вионетта Шарп, Руперт Беллоуз, Эуфорбия Фрост, за которой последовал Майлс Малмсбери, вернувшийся из Волшебной страны — у обоих, у него и мисс Фрост, были надеты тщательно продуманные церемониальные головные уборы из перьев сияющих спрайтов, что, как я предположила, люди lychnobious не посчитали возмутительным — Мартин Пил, колокольный мастер, Матильда Свифт, мастерица стрельбы из лука, и миссис Календ, преподаватель древней латыни. Я выискивала взглядом профессора Йегера, нашего учителя наук и отца Беатрис и Долорес, но вместо него увидела лощёного джентльмена в чёрном фраке, с галстуком-бабочкой, белыми перчатками и в гетрах, плавно входившего на сцену.

— Ох, смотрите! — воскликнула Мэри. — Это же господин Хофмейстер, танцмейстер.

— Но где Профессор Йегер? — вслух удивилась я.

Я посмотрела в другой конец зала, на стол, за которым сидели Беатрис и Долорес. Они обе сидели настолько ровно, словно кол проглотили, их руки были накрепко сцеплены перед ними, глаза сияли. Неужели с их отцом что-то произошло? Я попыталась поймать взгляд Хелен, но она закатила глаза вверх, когда элегантный учитель танцев подхватил древнюю миссис Календ и начал кружить её на радость и увеселение, как студентов, так и учителей.

Я вновь посмотрела в центр помоста, где даже Дейм Бекуит улыбалась снисходительно на ужимки учителя танцев. Она жестами показала небольшое одобрение и затем обратила свой взгляд на зал, приказав молчать своими ясными серыми глазами. Когда её взгляд упал на меня, я испытала покалывание чуть ниже своих лопаток. Внезапно я вспомнила, что Дейм Бекуит обладает даром взывать к правде своим взглядом. Что если она сможет сказать, всего лишь взглянув на меня, что я обращалась в Дарклинга? Хуже того, что если её взгляд мог выманить крылья прямо из моей спины? Я могла ощутить, как они прижались к тугому кружеву моего корсета. Я представила, как ткань расходится, мои крылья раскрываются в воздухе, шокированные и до ужаса напуганные лица моих друзей и воспитанников школы и учителей… затем натянутые луки Диан и смертоносные стрелы, выпущенные в сердце.

Но потом Дейм Бекуит улыбнулась мне.