Читаем Равенклифф полностью

На каминной доске стояли фотографии в рамках, сделанные в прошлом году — Хелен, выигравшая первый приз за стрельбу из лука; мы втроём, руками обнимая друг друга за талию, перед Домом Фиалок, и одна фотография Нейта, дурачившегося у статуи Дианы в саду, с пытавшейся выглядеть строгой, но провалившей задачу, Хелен на заднем плане. Хелен остановилась перед именно этой фотографией с тоскующим видом. Я отвернулась, чтобы предоставить ей уединенности, и отнесла свою сумку к шкафу у моей кровати.

Моя кровать находилась в дальнем конце комнаты, вдвинутая в нишу под окном с видом на реку. Зная, как я любила свежий воздух, Дейзи оставила окно открытым. Легкий ветерок развевал кружевные шторы, впуская запах речной воды, садовых роз, свежей травы… и ещё кое-чего. Я встала на колени на кровати, открыла окно пошире и высунулась из окна, принюхиваясь к воздуху. Я почувствовала запах мха и древесной коры и лесной подстилки, дикорастущей перечной травы, что росла в таинственных дремучих лесах, и смолу сосновой хвои. Лес Блитвуда. Я не только почувствовала его запах, я услышала его — ветер шелестел сквозь акры сосновых рощ, гнал сухую листву, опавшую с дубов и кленов и буков, птицы, перекликаясь друг с другом, пели песни, мелкие создания суетились, занимаясь запасами на зиму, даже корни искали воду сквозь толщу почвы. Всё это взывало ко мне, волновало крылья под моей кожей, понуждая их вырваться на свободу и отправиться в полёт…

— Если не будешь осторожна, выпадешь из окна, — порицательный голос Хелен вырвал меня из края окна.

Я втянула назад голову, выпутывая занавеску из волос. Я рукой задела нечто, что зацепилось за кружево: длинное черное перо.

Я быстро взглянула в направлении Хелен, с целью понять заметила ли она, но она уже отвернулась от меня, довольно складывая свои сорочки и корсеты в комод, напевая самой себе и частенько поднимая свои глаза на фотографию Натана, которую она переставила на верхнюю полку своего комода. Приколотым к заостренной вершине стержня пера был сложенный лист бумаги. Я развернула его.

«Встретимся сегодня вечером в лесу», — говорилось в нём. — «Я кое-что должен тебе рассказать».

Записка не была подписана, но она могла быть лишь от одного единственного человека. Моё сердце заколотилось, я сложила записку в миниатюрный квадратик и запихнула его в карман юбки вместе с пером, где весь оставшийся день, пока я распаковывалась, они шуршали как пойманные в ловушку птицы.

ГЛАВА 13

Было сложно пережить вторую половину дня и ужин из-за записки Рэйвена, беспокойно шевелившейся в моём кармане. Что ещё хуже, так это то, что благодаря нашим новым должностям в качестве блюстителей, от нас ожидалось, что мы будем надзирать за столом птенцов. Я умудрилась заполучить себе стол, за которым сидела Этта с Мэри, Сюзанной, Миртиленой и двумя другими девушками, чьи имена я мгновенно позабыла, но я больше бы предпочла сидеть со своими подругами. Я мельком увидела Беатрис и Долорес по пути сюда, но этого вполне хватило для Беатрис сказать, что у них есть некие важные новости, которые мы услышим за ужином, и для Долорес подарить мне молчаливое, но на удивление крепкое объятие. Камилла Беннет промчалась мимо меня на лестнице и весьма ошарашила меня, заявив, что она заполучила свои «крылья». Спустя некоторое время я осознала, что говорила она не о том роде крыльев, что обладала я. Кам была энтузиастом авиации, так что без каких-либо сомнений она имела в виду, что посещала уроки пилотирования.

Но теперь мне придётся ответить на бесконечную череду вопросов, которые варьировали, начиная с «Почему так много вилок?» (от Сюзанны), до «Это что бекон в супе?» (от Этты с широко раскрытыми глазами), и «Это то, чем вас здесь кормят?» (от Миртилены) до «Что за посвящение, о котором шепчутся все девочки? (От Мэри с испуганным видом).

— Не переживай, — сказала я Мэри, — с вами ничего не случится. Это просто… — я оказалась не в состоянии закончить фразу.

Что ещё я могла ей сказать? Что всё то, что она думала, что она знала о мире, буквально через два часа будет стёрто в прах? Что с ней всё будет хорошо? Не все выходят из посвящения психически здоровыми. Дядя Тэдди мисс Шарп стал таким взбудораженным во время посвящения, что сбежал, потерялся в лесу и никогда уже больше не был прежним. Некоторые девушки впадали в истерику и покидали школу. Сестру Натана, Луизу, настолько терзало то, что она узнала, что она вновь отправилась в лес и застряла в Волшебной стране. Я прекрасно понимала, что были девушки, которые так никогда и не вернулись из этого леса. Не вела ли я этих невинных девушек навстречу опасности? Насколько сильно я отличалась от ван Друда, обманом уводившего девушек в клуб «Хелл-Гейт»?

— Вообще-то, Мэри… — начала было я.

— Вообще-то, Мэри, — произнёс мужской голос с подчёркнутой медлительностью, — вы будете в полном порядке, поскольку я буду присматривать за вами.

Натан выхватил яблоко из корзинки на столе, подкинул его в воздух и подмигнул мне. Мэри Маккрей заулыбалась, явив ямочки, и покраснела.