Читаем Рассуждение полностью

но самое неприятное в том, что однаждывсе эти ваши некогда обращаются в полноеникогда, потому что за вами является нектоиз ниоткуда, и вот вы уже фигура невнятныхдней, смутной памяти, так что не надо потом,надо сразу

16

однако мы отвлеклись от однойважной вещи, вы обратили внимание,что подробно скроен не только списокподробностей, но и список особенностей,да по сути и все остальные прекрасновыглядят, мы обратили, вы правы,перечни для исполнения речитативомскроены замечательно, просто полú орéо,что приблизительно значит: весьма изящно,а выразиться по-другому, но тожекак бы по-эллински:списки скроены грамотно, как в аптеке,как в аттике

17

впрочем, причём тут эллинский,он ведь давно уж отчалил за окоём,в безвозвратное, бедный, если угодно, йоргос,и приблизительно в те же, в его же дни,только где-то поодаль,галдели халдейский и арамейский,шумели шумерский и финикийский,и возникало отчётливое ощущение,будто эти родные для стольких гортаней и ртовязыки ни за что не умолкнут:куда там, умолкли как миленькие

18

задушевно: пусть так, только есливзглянуть на дело не с точки зрения нынче,которая на поверку оказывается то и знайточкой зрения слепоты,и при том далеко не куриной,а посмотреть с точки зрения вечности,станет ясно, что всё, даже то, что пошлополным прахом и на семи самумахсемью же развеяно самураями,это всё непременно поправится, склеится,свяжется вновь, возвратится на карусели свои,и неважно поэтому, что там нынчеи что вчера или завтра, а то лишь,что постоянно, что насовсем:вот что важно

19

оттого-то, хоть эллинский твой и убыл,не забывай его, рассуждай на нём регулярнои повествуй, а устанешь от эллинского,переходи на латынь, вы сказали: латынь,уж не знаю, уместны ли тут окажутсявоспоминания о давно прошедшем,однако при названном выше словеони просто-напросто не могли не нахлынуть:латынь, что за прелесть, особеннов плане лаконики

20

но по порядку: сначала всё как у всех,ничего замечательного, и лишь впоследствииполучается так, что посколькуты обнаруживаешь к ней склонность,постольку нечто учебное,что воздвигли на улице цицерона, угол тибулла,латинский имеет уклон, и выходит,пора поступка, пора поступления наступила,ступай же

21

придя же, спроси в канцелярии лист папирусаи начертай: в связи с тем, что чрез терниинеукоснительно к звёздам, располагайте мноювполне, как вам только заблагорассудится,и ещё: а юпитера слава да не померкнет

22

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Поэты 1840–1850-х годов
Поэты 1840–1850-х годов

В сборник включены лучшие стихотворения ряда талантливых поэтов 1840–1850-х годов, творчество которых не представлено в других выпусках второго издания Большой серии «Библиотеки поэта»: Е. П. Ростопчиной, Э. И. Губера, Е. П. Гребенки, Е. Л. Милькеева, Ю. В. Жадовской, Ф. А. Кони, П. А. Федотова, М. А. Стаховича и др. Некоторые произведения этих поэтов публикуются впервые.В сборник включена остросатирическая поэма П. А. Федотова «Поправка обстоятельств, или Женитьба майора» — своеобразный комментарий к его знаменитой картине «Сватовство майора». Вошли в сборник стихи популярной в свое время поэтессы Е. П. Ростопчиной, посвященные Пушкину, Лермонтову, с которыми она была хорошо знакома. Интересны легко написанные, живые, остроумные куплеты из водевилей Ф. А. Кони, пародии «Нового поэта» (И. И. Панаева).Многие из стихотворений, включенных в настоящий сборник, были положены на музыку русскими композиторами.

Фёдор Алексеевич Кони , Михаил Александрович Стахович , Евдокия Петровна Ростопчина , Антология , Юлия Валериановна Жадовская

Поэзия