Читаем Расстрельная команда полностью

В то время мы занимались, как я уже говорил, поставкой в республику зерна с последующей его переработкой в спирт. Титенков позвонил своему брату в Кличев и поручил пристроить нас на заводы Могилевской области. В каждой из областей правила переработки были свои, вернее они были общими для республики, но с собственными дополнениями в каждой области, которые порождали дополнительную коррупцию. Так как перерабатывающих мощностей не хватало, то шла борьба за каждый завод. Захват территорий шел разными путями: кто-то подкупал, кто-то угрожал расправой, кто-то пользовался своим высоким положением, кто-то делал это при помощи проверок на предмет правильности начисления налогов. Так, на Бобруйский гидролизный завод с проверкой приехал ранее упоминаемый мною Голоколенко. Произошел передел собственности, руководство завода, работающее на другие структуры, было арестовано, на завод были заведены другие коммерческие фирмы, работающие под крышей Совета безопасности и налоговой милиции. Весь этот беспредел был известен министру сельского хозяйства Леонову и начальнику Госконтроля по Могилевской области Миколуцкому, которые каждый на своем месте пытались навести порядок. Но одного убили, а второго обвинили в организации этого убийства. Я могу только предполагать, но чиновникам и их коммерсантам эти люди уже помешать не могли, нас и так не было на заводах. Помешать они могли только организованным преступным группировкам, одетым в мундиры с погонами. Только они могли столь профессионально убрать с дороги одного, а свалить вину на другого. На похоронах Миколуцкого Лукашенко на весь мир заявил, что скоро все ужаснутся, узнав, как на их любимого президента готовилось покушение, и что республиканская мафия свила свое гнездо в Бобруйске, а жил этот спрут за счет реализации спирта с Бобруйского гидролизного завода. Однако это, как всегда, оказалось только словами, а на заводе теперь работают фирмы, приносящие доход победившему клану. Последнее серьезное столкновение между кланами состоялось в ноябре 2000 года, когда попытались отстранить от власти Шеймана. Но он всех обыграл и стал Генпрокурором. Это и было окончательной победой его клана, победой, приведшей страну, на мой взгляд, к геноциду белорусской нации. А как еще назвать время, когда цвет нации пропадает, а кто не пропал, тот гниет в тюрьмах или уезжает из страны поднимать экономику соседних государств.

Когда-то жизнь меня свела с известным политическим обозревателем Цветовым, прожившим в Японии около 15 лет. Он говорил о том, что страна с ее людьми – это как большой сосновый бор, где растут высокие сосны, из которых можно делать корабельные мачты. Но если постоянно хорошие деревья вырубать, то постепенно лес преображается в гнилое болото с кривыми, убогими деревьями и возродить здоровый лес если когда-нибудь и удастся, то на это уйдет не один десяток лет. Как это мне напоминает сегодняшнюю Белоруссию, мою родину».

Это рассказ белорусского предпринимателя Александра Цудикова. С остальными примерами пока воздержимся. Всему своё время. Однажды все подобные сведения придутся, как говорится, в строку, если, конечно, действующий президент не перехватит инициативу и во время очередной кадровой «прополки» не пересажает своих «друзей» сам.

Надеюсь, я доступно объяснил источники своей осведомленности. И пусть никого не смущает давность получения информации. Её характер и масштабы таковы, что она по своей актуальности переживёт ёще не одно поколение и будет востребована при любой власти.