Я должна загладить свою вину, попытавшись спасти Кэтрин Галлахер – убийцу Дэниела, сумевшую избежать наказания. Ирония происходящего заставляет с грустью усмехнуться – я делаю это ради Саймона Йоханссона. Господи, скольких он убил?

В голове все хаотично крутится и переворачивается.

Дэниел, фамилия неизвестна, лет тридцати, темноволосый. Покалечен до того, как рядом появилась Кэтрин. Перенесший впоследствии пытки. Кто же он? Попросить Эллиса проверить список пропавших без вести? Нет, пожалуй, слишком поздно.

Йоханссон, движимый силами, происхождение которых ему непонятно, стремится в Программу, чтобы спасти Кэтрин. Ее мучают ночные кошмары…

Я должна вытащить ее, и у меня нет права выбора.

Существует лишь один человек, способный вытащить ее из Программы.

Лукас Пауэлл.

Информация в обмен на свободу Кэтрин Галлахер.

Он стремится выиграть приз. Он пытается тебя найти.

У него своя собственная Сеть. Он будет использовать меня, как марионетку. Или вычеркнет. И что тогда?

Я заплачу за все сполна. За Грейвса, Гамильтона. За Йоханссона. За все.

Я иду молча и смотрю вперед. В двадцати метрах от меня женщина поворачивается. Я не вижу ее лицо, но что-то в ее движениях кажется мне знакомым. Это Анна, та девушка, что встретилась нам у ресторана, ее лицо я видела на фотографиях Марка Девлина.

Воспоминания обрушиваются на меня потоком.

Двор дома Девлинов, Марк обнимает за плечи девушку. Они оба так молоды. На заднем плане монументальная каменная кладка, витые кованые фигуры из железа, удивительные готические формы. Видны зеленые деревья – обычный дом в сельской местности. Дом, в который он больше не возвращался.

Над воротами фигурки драконов.

* * *

– Эллис?

Сомнения, колебания, прежде чем он выдавливает из себя первое слово, в надежде, что я передумала.

– Да.

– Мне нужно проверить алиби Марка Девлина на восьмое декабря.

– Черт, да вы шутите?

– Прошу, не вешайте трубку. Вы видели его и спрашивали, есть ли у него алиби, но он не мог вспомнить. Вы еще сказали, что это не срочно. Он вам перезвонил?

На линии становится тихо. Эллис взвешивает услышанное.

– Что это значит, Карла? Вы издеваетесь? Почему позволяете себе влезать в мои дела?

– Это очень важно. Умоляю, расскажите.

– Он был дома с девушкой по имени Анна, – прерывает меня Эллис. – Я взял ее данные и все проверил. У него твердое алиби.

В шесть вечера я возвращаюсь в свою квартиру. На телефоне Шарлотты Элтон три сообщения: звонили по поводу сбора средств, с приглашением на ужин, а также Марк Девлин: «Какие планы на вечер?»

Скорее в кабинет. Включаю компьютер. Пальцы летают над клавишами – дом в Уэльсе, родовое поместье… Перед глазами бегут строчки: Девлин, Девлин, Девлин…

Вот. Брекон-Биконс. На экране появляется маленький розовый квадрат в окружении леса, недалеко от водоема. Фото со спутника дает возможность разглядеть все лучше: два здания, большой дом и второй поменьше, расположенный под прямым углом. Гараж, мастерские, конюшни? Ворот не видно.

Ближайший дом на расстоянии в полмили.

Месяц они были вместе, привозил ли Девлин сюда Кэтрин? Пришло время, и она вспомнила? Дом, окруженный лесом, удаленный от всех населенных пунктов, как правило, пустующий…

Нетрудно выяснить, был ли Девлин в Лондоне восьмого декабря.

Дэниел умер, и она ушла.

Вспоминаю слова Марка: «Не предполагал, что так получится».

Но он увидел все, когда зашел в дом.

Кровь? Господи, тело? Она способна на то, что для других немыслимо.

И все же Марк Девлин не обратился в полицию. Он все убрал за ней. Еще один человек, наряду с Гамильтоном и Йоханссоном, пожелавший ее спасти. Надеюсь, настанет день, когда мы с ней встретимся, мне не терпится узнать ее секрет. Впрочем, Девлин отличается от всех остальных. Она не безразлична ему.

Ее власть над ним – нечто отличное по своей природе.

Я нажимаю кнопку, чтобы распечатать карту, и иду переодеваться. В коридоре меня останавливает внезапная мысль: если клиент знает, что Марк Девлин помогал Кэтрин, значит, его люди придут и к нему.

Глава 7

День 22: среда

ЙОХАНССОН

В помещении для регистрации, без окон и естественного освещения, за тем же бронированным стеклом тот же служащий, что две недели назад оформлял его документы, вертит в руках его анкету и бросает взгляды исподлобья.

Видит ли тот возникшие в нем перемены? Йоханссону казалось, что он со всем справился.

Йоханссон ощущал это, пока шел до машины в сопровождении Уитмана и двух охранников: в голове словно повернулся рычаг переключателя, вспыхнул свет, и цвета изменились. Он мог думать только о Карле.

В таком состоянии Йоханссон не мог вернуться в Программу, поэтому запрятал все в потайной ящик на время – нечто свинцовое, твердое, – запечатал и поместил его на самую глубину, сейчас необходимо все забыть: кладбище, ее руки, плотно сжимающие его ладони, теплое дыхание…

Потом. Когда все закончится. И не минутой раньше.