Читаем Расколотые сны полностью

– Я берусь защищать вашу дочь, доктор Паттерсон, – сообщил он с отчаянием человека, которому нечего больше терять.

Стивен с облегчением вздохнул:

– Я так и знал. Готов был голову дать на отсечение! Теперь от вас зависит, останется ли Эшли в живых.

– Мне предоставили отпуск. Один из лучших адвокатов-криминалистов согласился мне помочь…

Доктор Паттерсон повелительно поднял руку:

– Дэвид, по-моему, я достаточно ясно выразился: не желаю больше никого вмешивать. Эшли – в ваших и только в ваших руках.

– Понимаю, – торопливо пробормотал Дэвид, – но Джесс Куиллер – мой друг.

Паттерсон порывисто вскочил:

– Не нужен мне ни Джесс Куиллер, ни кто-то иной. Слишком хорошо я знаю наших адвокатов, Дэвид. Их интересуют исключительно деньги и слава. Мне же дорога Эшли. И думаю я лишь о ней.

Дэвид попытался было что-то возразить, но осекся. Да и что тут скажешь? Паттерсон либо помешанный, либо упрям как осел. Кроме того, что возьмешь с убитого горем отца?

«Он совершенно спятил, если не понимает, как мне нужны советы Джесса! Весь свой небольшой опыт я давно растерял, и обвинители меня просто сотрут в порошок. Почему он так упорствует?»

– Я достаточно ясно выразился?

– Совершенно, – кивнул Дэвид.

– Я, разумеется, позабочусь о вашем гонораре и текущих расходах.

– Нет! И цента не возьму!

Доктор испытующе посмотрел ему в глаза и развел руками:

– Qui pro quo?[19]

– Qui pro quo, – со вздохом согласился Дэвид. – Кстати, у вас есть водительские права? Может, возьметесь возить меня на работу и с работы?

– Но, Дэвид, если вас отправили в отпуск, значит, будете сидеть без гроша! Нужно же вам на что-то жить! Иначе просто не продержитесь. Я настаиваю.

– Как хотите, – покорно согласился Дэвид.

По крайней мере будет на что покупать еду до окончания процесса.

Делать было нечего. Все творилось помимо его воли. Пора в «Рубикон». Джесс Куиллер, должно быть, уже теряется в догадках, куда это делся Дэвид.

– Ну как? – выпалил он, едва завидев друга.

– Все, как я и предвидел. Меня выпихнули в неоплачиваемый отпуск.

– Ну и подонки! Как только совести хватило!

– Трудно их осуждать. Консервативные люди старой закалки, – пожал плечами Дэвид.

– И что теперь?

– Буду готовить процесс. А ты что имеешь в виду?

– Имею в виду?! Тебе выпало вести одно из самых громких уголовных дел века. И что же? Ни своего кабинета, ни допуска к документам или архивам, ни юридической библиотеки, даже факса своего нет, черт побери. Видел я ту рухлядь, что ты и Сандра именуете компьютером! На таком даже в Интернет не войдешь! Уж не говорю о чем-то более серьезном.

– Обойдусь как-нибудь, – пробурчал Дэвид.

– Именно «как-нибудь». Ну вот что, в моей конторе есть пустой кабинет. Я решил предоставить его тебе на время. Там найдешь все необходимое.

Дэвид с недоумением воззрился на друга, мгновенно потеряв дар речи. Потребовалось несколько минут, чтобы наконец выдавить:

– Джесс, я не могу.

– Можешь, можешь, – заверил тот. – Когда-нибудь сочтемся. Ты ведь всегда находишь способ отблагодарить тех, кто делает тебе добро, верно, святой Дэвид? – отмахнулся Джесс и взял в руки меню. – И хватит морить меня голодом. Кстати, сегодня платишь по счету ты!

Дэвид вошел в тюремную комнату для свиданий и попросил привести Эшли Паттерсон. Вскоре надзирательница ввела заключенную. Эшли похудела и была еще бледнее, чем в прошлый раз. Оба натянуто поздоровались и сели.

– Сегодня приезжал отец, – сообщила Эшли. – Он сказал, что вы обязательно вытащите меня отсюда.

«Мне бы его оптимизм!»

– Сделаю все, что в моих силах, – осторожно заверил Дэвид. – Но беда в том, что немногие люди знакомы с вашей проблемой. Эта болезнь не обсуждается в широких кругах. Придется помочь присяжным познакомиться с ней. Для начала необходимо, чтобы лучшие психиатры осмотрели вас и засвидетельствовали ваш диагноз.

– Я боюсь, – прошептала Эшли.

– Чего именно?

– Во мне живут еще два человека, а я даже не знаю их, – дрожащим голосом продолжила девушка. – Они могут в любую минуту вырваться на свободу, и я стану их послушной игрушкой. Как все это ужасно!

Глаза Эшли наполнились слезами.

– Они не люди, Эшли, а призраки, созданные вашим воображением, – тихо поправил Дэвид. – Часть вашей души. И вас можно вылечить, так сказал доктор. Все будет хорошо, вот увидите.

Дэвид добрался до дома поздно вечером. Сандра бросилась ему на шею, обняла и прошептала:

– Я когда-нибудь говорила, как горжусь тобой?!

– Особенно тем, что я ухитрился остаться без работы? – усмехнулся Дэвид.

– И этим тоже. Кстати, опять звонил мистер Краудер. Напоминал о договоре, требует остальную часть залога. Шестьдесят тысяч. Боюсь, придется объяснить ему, что теперь мы не в состоянии…

– Погоди. Столько у меня найдется. В пенсионном фонде фирмы. Паттерсон обещал мне деньги на текущие расходы, так что немного сноровки, и мы продержимся.

– Все это уже неважно, Дэвид! Не хотим же мы избаловать нашего сына дворцами и пентхаусами! Нужно жить скромнее!

– Зато у меня все-таки есть хорошие новости! День не прошел зря. Джесси согласился позволить мне…

– Знаю. Я говорила с Эмили. Мы переезжаем в контору Джесса.