Читаем Раскол дома полностью

– Пакет. Прости, но в Берлине сейчас очень интенсивно идут дела, как, вероятно, ты мог заметить.

– А, да, конечно, я заметил. У нас тоже очень напряженная работа сейчас, вот почему я приехал и сразу же уеду. Мы все на работе крайне заняты, хотя я должен был приехать, чтобы быть в курсе новостей. Уже много времени прошло с прошлой поездки. Так что я очень рад, что приехал, особенно теперь, когда вы женились на моей матушке. Я хочу еще поблагодарить вас за Джеймса. Может быть, нам пойти куда-нибудь пообедать или в клуб?

Он сунул руку во внутренний карман. Потти встретился с ним в Дувре, в той самой прачечной, переснял вложенные бумаги и снова запечатал конверт. Хейне осмотрел печать, не нашел ничего подозрительного и открыл конверт. Вложенные документы представляли собой протоколы совещаний, как объяснил ему Потти. Действительно ли это были протоколы? Кто его знает. Сэр Энтони попал в ловушку. Но пока предпринимать ничего не будут.

Смотреть на Хейне было тошно. Бедный, глупый сэр Энтони просчитался, потому что слишком хорошо относился к людям и всеми средствами пытался предотвратить смерть и страдания других. Есть люди, которым можно только сопротивляться, но теперь, когда этот человек оказался в их паутине, он уже должен был это понять.

Раздался звонок в дверь. Амала ответила, потом позвала:

– Фрау Вебер.

Милли вышла. Оказалось, что это мальчик-посыльный с телеграммой для Тима. Милли принесла ее в гостиную.

– Надеюсь, никаких плохих новостей?

Тим вскрыл телеграмму. От кого она? Не от отца или мамы? Только они знали, что он здесь, помимо Потти и сэра Энтони.

«Немедленно возвращайся. Точка. Срочная работа. Точка. Передай извинения матери. Точка. Будь на вокзале в восемнадцать ноль-ноль. Смайт».

Это Потти. Что за черт? Он посмотрел на часы и протянул телеграмму матери. Она прочитала ее вслух. Тим сказал:

– Я должен ехать, уже пять часов. Могу я воспользоваться ванной?

Он прошел в комнату, которая была его спальней. Но вместо того чтобы идти в ванную, он схватил фотографию с туалетного столика и маленький фарфоровый горшочек. Нет, пропажу могут обнаружить и обвинят Амалу. Он поставил предметы на место и огляделся по сторонам в поисках чего-то, что можно было бы отдать Герберам, когда они прибудут в Англию, когда бы это ни произошло. Он порылся в ящиках комода и нашел несколько шляпных булавок. Он взял пару и положил их в карман. Там были еще какие-то ленты для волос. Он взял две и вернулся в гостиную.

– Теперь легче. Но я должен бежать.

Хейне улыбнулся.

– Хочу послушать про твои рабочие проблемы, так что поеду с тобой. Возьмем мою машину, иначе ты не попадешь на вокзал вовремя. Когда ты благополучно сядешь на поезд, я оттуда проеду прямо в контору. Что за жизнь у нас, работяг!

Они бегом спустились по лестнице, поскольку лифта уже дожидались три человека. Тим ломал себе голову над смыслом телеграммы. Ему показалось, что автомобили в потоке расступались, чтобы дать дорогу черной машине Хейне. Интересно, другие водители знают, что это автомобиль СС? Наверное, на номерах есть какие-то опознавательные цифры. Шофер знал обходные пути, и это сильно помогало продвигаться вперед. Хейне старался выудить у него информацию, и Тим придумал какую-то мифическую проблему и те трудности, с которыми вынуждены из-за нее сталкиваться военные корабли. Дорогуша Потти назвал бы это дезинформацией.

Они подъехали к вокзалу, и Хейне заявил:

– Я пойду с тобой.

Он оставил шофера ждать, и они поспешно направились в сторону вестибюля вокзала. Тим лихорадочно соображал: что произошло, почему именно этот поезд? Вдруг до его слуха донесся громкий оклик:

– Хейне, как замечательно! И мистер Форбс с вами. Это просто потрясающе.

Из киоска, торгующего напитками, к ним быстрыми шагами направлялся, приветственно махая, герр Бауэр. Тим посмотрел на часы. Герр Бауэр выбросил руку в приветственном жесте «хайль», здороваясь с Хейне, и встряхнул Тиму руку. Из ладони в ладонь перешла записка. Тим сомкнул пальцы, стараясь не смотреть на герра Бауэра, который встроился между Хейне и Тимом и взял немца под руку.

– Это просто великолепно, Хейне. Мне нужно поговорить с вами по важному делу, и такая удача.

Он повернулся к Тиму.

– Насколько я могу судить по вашему виду, мистер Форбс, вы торопитесь на поезд. Прошу вас, не позволяйте мне задерживать вас. Ну что ж, Хейне…

И он уверенно повел Хейне к киоску, безупречный в своей форме. Толпа расступалась перед офицером СС, как Красное море перед Моисеем. Тим теперь понимал, что это был страх, но в глазах у некоторых читалось восхищение. Тим крикнул им вслед:

– До свидания. Я должен бежать.

Но они уже были слишком далеко, чтобы услышать его. Он направился к поезду, оглядываясь через плечо.

Никто не преследовал его. Зажав крошечный клочок бумаги на донышке ладони, Тим прочитал: «Ожидавшийся груз (Дитер) – место 12 и (Бернат) – 17, вагон номер 9. Ваше место 14. Осторожно наведите контакты. Бумаги у них. Агент неожиданно недоступен. Сохраняйте бдительность».