Читаем Радио Пустота полностью

– А если то, что в светлом человеке, к примеру, нет гордыни, есть ложь? А паромщик есть отец лжи. Значит ли это, что паромщик тоже создатель?

– Оглянись, сынок. Он стоит рядом. Нет, не за спиной, рядом с сердцем. И он ничего не создает. В отличие от создателя, он тем и жив, что не желает абсолютно ничего.

– Что – то я запутался.

– Это просто. Господь создает, потому что любит.

– Ага, но это же демоническое качество природы?

– Это сложно понять. Но просто услышать. Именно по этой причине в страдании душа очищается, в молитве находит покой. В бескорыстии силу и смысл существования. И все это, поверь мне, тоже желания. Но свет, желает любить. А не любит, желая. И счастье, как квинтэссенция света, единица абсолютно не досягаемая. Пока мы не поймем что такое любить. Душа рождена, что бы быть с ним, с отцом. А не похотливо желать. И только по этой причине мы не видим счастья. Извне. Потому что его там нет. Если его нет в сердце, значит его нет совсем. В сердце, там где Бог. Он же любовь. При чем чистая. А истинная любовь ни в чем не терпит нужды. Ее природа, отдавать. И даже желая, все равно отдавать. А тьма же наоборот, не желая ничего, ничего и не отдает.

– Хорошу, – сказал тогда я, – вот князь там говорил о том, что мы все появились как по щелчку пальцев, как тогда появился ты? Как ты это видишь?


– Я родился, молча. Просто родился как звезда. Во тьме. И из глубины поднялся, как колос, ведомый только ему.

Заворожено осмотрелся, и нашел пустоту. Может я стремился к ней, искал ее, устало вглядываясь в ночь. Ища среди звезд его след. Где каждая пылинка не просто так, где каждый комочек сущего помнит меня, ждет моего появления, слушает тишину и желает одного. Родиться снова и снова. Что бы просто не смочь оторвать взгляда, от этой пустоты. Которая и есть… жизнь.

День моего рождения, это день рождения моей любви. Или день ее смерти. Воздушные мыслители времен, что скажите вы мне, отцы кармы, когда я буду стоять перед его престолом? И светом ли занимаемый, рождался я и умирал сотню раз. А может миллионы. И внял ли логике происходящего? И понял ли, для чего существую?

Но родился, очерченный пустотой и небо выдохнуло. Значит для чего то? И есть ли в этом смысл?

Рождение предусматривает награду. Я награда? Рад ли мир, тому, что любовь моя умерла. Рад ли мне?

Серость. И имен уже не сыщешь, тех, кто бился на этом поприще миллионы лет подряд. Все ушло в песок времени и снега вечности. Одно слово, и казалось все измениться. Но так просто его сказать. И так сложно услышать. Услышать в этой пустоте, рождения, именно тот смысл, что заложил в него говорящий. Услышать? Да мы порой не можем услышать самих себя. Откуда тогда взять талант, слышать тишину?

– Понесло тебя радист, как я погляжу, – раздосадованно сказал я, – у тебя выпить есть что?

Но он как будто не слышал моего вопроса и продолжал:

– У каждого что то свое. И можно уйти. Но куда придешь? В пустоту? А может к новому рождению. Но есть ли смысл жить, именно жить. Дыша полной грудью, созерцая смерть и рождения мира, не пропитываясь любовью. И зачем рождаться, умирая? И не сотвориться, а жить, осознавая, что ты и есть часть творения.

И кто мне теперь ответит на все эти вопросы?

И я понял, я родился вновь, лишь по одной причине. Задавать вопросы? А хотелось, что бы научиться слушать. Но обратно в плоть не влезешь. И поэтому я спрашиваю. Вот только вопросы, я подумал, задавать нужно правильные.

Нужно ли мне что нибудь созидать, если мир уже создан и соткан из желаний, исполнимых тобой? Или смиряясь, откровенно нужно созерцать твою правоту. Искать ли правды? Или быть ею!

Но разве желание жить, это грех?

Нет. Это безусловно не так. Но жизнь порождает не желание жить. Да и не желание вовсе. Жизнь порождает милость. Жизнь, есть продукт любви. И если и может возникнуть желание, то только познать и научиться пониманию. То, что еще не успел понять. Или не захотел. Миллионы раз, проходя по одному и тому же пути, спотыкаясь об один и тот же камень на перекрестке. И делая один и тот же вывод. Многим кажется, будь у них шанс вернуться в прошлое, они бы поступили иначе. И такой шанс у них бывает. Всегда. И они всегда поступают, как и раньше. Как поступали всегда. Опыт, накопленный в разуме, глубоко и крепко дремлет.

Но, каждом движении природы, вокруг нас таиться подсказка для пробуждения. Во всем есть ответ. Главное, задавать нужные вопросы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Божий дар
Божий дар

Впервые в творческом дуэте объединились самая знаковая писательница современности Татьяна Устинова и самый известный адвокат Павел Астахов. Роман, вышедший из-под их пера, поражает достоверностью деталей и пронзительностью образа главной героини — судьи Лены Кузнецовой. Каждая книга будет посвящена остросоциальной теме. Первый роман цикла «Я — судья» — о самом животрепещущем и наболевшем: о незащищенности и хрупкости жизни и судьбы ребенка. Судья Кузнецова ведет параллельно два дела: первое — о правах на ребенка, выношенного суррогатной матерью, второе — о лишении родительских прав. В обоих случаях решения, которые предстоит принять, дадутся ей очень нелегко…

Александр Иванович Вовк , Николай Петрович Кокухин , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова , Павел Астахов

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы / Современная проза / Религия
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза