Читаем Раб сердец полностью

— Сюда его! — встрепенулся Бран. — Немедля!

— Может быть всё-таки поешь сначала? — усомнилась Мста. — А то впрямь потом не захочется. Рыла у них — ой-ой-ой! Да и запашок тоже…

— Зови-зови!

— Гм, ладно. Но наедине с нелюдью не оставлю, не надейся. Мы с Внятой здесь посидим, а за чертовой спиной пару лучших охранников поставим.

Бран кивнул. Мста вышла.

Потом в шатёр неслышной тенью скользнула Внята, села на ларь с бумагами в углу, с обманчивой небрежностью положила рядом моргульский клинок. Ещё через минуту Мста откинула полог и впустила необычного гостя в сопровождении двух ратников с кинжалами наголо.

Некоторое время Бран и чёрт с нескрываемым взаимным любопытством рассматривали друг друга.

Чёрт был на голову ниже среднего человеческого роста, зато широкоплеч, коренаст и жилист. Он слегка горбился, длинные крепкие руки почти достигали колен. Матовая кожа поражала серо-зеленоватым оттенком. На толстой шее красовалась круглая голова с торчащими острыми ушами, маленькими глазками, большим курносым носом и массивной челюстью.

— Приветствую Брана! — хрипло прогудел чёрт, прервав молчание. — Я — Шайхар, старший потомок и наследник Большого Вождя Орды урукк-хаев из Холодных Лесов. Принёс его речь.

— Что ж, послушаем. — Бран приглашающе указал на табурет.

— За стол с собой сажаешь? — кошачьи зрачки Шайхара вообще сузились в нити. — Не брезгуешь? А вдруг я человечину жру?

— Извини, вот чем не могу угостить, тем не могу. — невозмутимо ответил Бран. — По крайней мере сегодня. Зато свежие лепешки с жареным овечьим сыром и немного вина — пожалуйста. Твоих лю… бойцов тоже накормят.

Чёрт хмыкнул, покачивая круглой безволосой и остроухой башкой, плюхнулся на табурет, проворно ухватил целую лепешку, впился в неё жёлтыми крепкими клыками.

— Болтают, будто мы в еде неразборчивы, всякую тухлятину трескаем. — с набитым ртом сообщил он. — Веришь?

— Нет. — с прежним спокойствием сказал Бран. — То есть, если совсем есть нечего, то приходится и гнильём брюхо набивать, куда денешься… Сам с голодухи так поступал. Однако, если выбор есть, полагаю, предпочтете, что повкуснее.

— А ты взаправду не глуп, Учитель людей. — ухмыльнулся Шайхар. — Чем дольше говорим, тем ясней вижу.

Он быстро сжевал сыр, облизал цепкие когтистые пальцы и залпом осушил глиняную кружку сладкого чая.

— Полагаю и ты — не промах. — ответил Бран. — Иначе бы отец отправил, кого-нибудь другого.

Чёрт был, действительно, духовит. Но это был, как ни странно, вовсе не пресловутый смрад, о котором обожали распространяться их братья лешие и водяные. Скорее, это была крепкая смесь походных запахов: потного тела, запылённой одежды, кожаных ремней и доспехов, какой-то мази поверх свежего рубца на правой голени.