Читаем Раб сердец полностью

Все военное снаряжение противника попало к победителям и было передано Спиваю Пивню, который, преисполнившись благодарности, повёз его землякам.

Неразрешённое прочтение карается смертью!

Лично в руки Наместнику Большерунийского Независимого Народоправия

Его Высокопревосходительству Зуду Крысеню.

Личного осведомителя Наместника «Око-007»

Донесение

Особо срочно!

Сообщаю, что завтра состоится общий сход Рати Братства, на котором будет решаться вопрос о походе на Мохну. Какой-либо возможности повлиять на итог схода у меня, разумеется, нет, но о принятом решении будет уведомлено незамедлительно.

Не сомневаюсь, что оплата моих скромных услуг производится без перебоев.

…На следующий день после победы все полки Рати построились на равнине вдоль реки Руни. Им предстоял выбор: наносить ли удар в закатном направлении, как настаивал Учитель, либо же свернуть правее и осадить Мохну.

Никогда прежде Бран не был столь красноречив. Он горячо доказывал соратникам реимущества и целесообразность похода на закат и пагубные следствия, неизбежно вытекавшие из предстоящей осады многолюдного гнезда лешелюбов. Учитель напомнил, что ни один из прежде поданных им советов не причинил делу восставших никакого ущерба, напротив, всё было уместно и полезно. Он говорил об этом не из тщеславия, но лишь желая переубедить товарищей.

— Рвы под стенами Мохны превратятся в нашу братскую могилу. — страстно говорил Бран. — как они стали могилой для племён Халет, для вастаков Сыр-Кизяка, для балланагарцев, и прочих чужеземцев, которые неосмотрительно завязли у города.

Конечно, всё будет по вашей воле. Я подчинюсь воле большинства, буду всегда сражаться рядом с вами и, если не будет иного выбора, умру с вами под Мохной. Но выбор-то есть — наступать на закатные страны и побеждать!

Полки после речи Брана взволнованно загудели, и, вероятно, если бы сразу после того началось голосование, замыслы Учителя были бы одобрены подавляющим большинством. Но победы, одержанные восставшими, сделали их излишне самоуверенными.

Совершенно неожиданно сторонником взятия города оказался Видимир Обстоятельный. Выступив сразу после Брана, он начал с того, что в пояс поклонился Учителю и сказал, что делает это от лица всех воинов без исключения в знак безграничной благодарности. Полки шумно одобрили поступок Видимира.

— Однако, — продолжал он, — положение лешелюбов в Руни безнадёжно! Они не смогут сопротивляться страшному удару Рати силою в одиннадцать тысяч отважных мечей. Говорят, что Хорь Головастик невесть где спрятался, ходят слухи что Зуд Крысень бежал прочь в бабьем платье. Нельзя упустить удобного случая овладеть столицей. На Мохну!

— На Мохну! — взревели ратники, потрясая оружием. — Смерть лешелюбам!

Подсчитав голоса, выяснили, что большинство воинов желает взятия столицы. Единогласно поддержали предложение Брана лишь ангмарцы, черти, погонщики боевых мумаков, камнемётчики и зазныбская конница.

Сказать, что Бран был ошеломлён и подавлен — значит ничего не сказать. Он стоял, угрюмый, хмурый и безмолвный. Наконец, подняв перекошенное душевной болью лицо, Учитель горько сказал Видимиру, на которого потрясённо смотрели прочие Ученики:

— Полная Луна! Не ждал… Вот как…

Затем, обращаясь к полкам, замершим в безмолвном ожидании, Бран крикнул:

— Что ж, я, разумеется, подчиняюсь решению Братства! Вы пойдете на Мохну! Но поведёт вас другой, тот, который не будет считать этот поход самоубийством.

— Никогда! — взревел Ровенька Одноглазый, воевода Белгородского полка. — Кроме Брана некому вести Рать! Где сыскать равного ему?

— Учитель! Учитель! — неистово подхватили ратники.

— Как может предводительствовать тот, кто не верит в победу? — возмутился Бран.

Ясень Близнец подал знак, что хочет говорить. Шум стал стихать.

— Я полностью согласен с Учителем! Он как всегда прав. А вы — нет! Но даже если вы тысячу раз неправы, даже если одержимы безумием, Бран не бросит полностью потерявших разум братьев. Он останется полководцем, ведь правда?

— Правда… — горько ответил Бран. — Обещаю сражаться рядом с братьями и умереть с ними. Побед не сулю, на успех надеюсь мало. Но что смогу — обещаю сделать. Выступаем на Мохну.

— Раб сердец… — прошептала Мста.

— Слава Брану! — прогремело над равниной. — Слава Братству!

4.