Читаем Раб полностью

Стою под дверью, решаюсь, как-то не по себе, вёл себя вчера как… не знаю кто, и что это на меня нашло? Ведь никогда не обещала, что могу на что-нибудь рассчитывать, даже став свободным. Наоборот, всегда напоминала: её другие мужчины привлекают, те, которые сильные и смелые. Что ты снова хотел доказать?

Ну а сколько можно терпеть при ней унижения…

Надо, наверное, сказать, что звонил на Теллус. Интересно, Лисия Клоду передаст? Наверное же передаст. Надеюсь, забудет название планеты.

Это так странно. Жить шесть лет надеждой на один единственный звонок. И вот он, этот звонок — совсем не такой, как представлялось, и не тогда, и не с тем человеком, даже подумать страшно, что было бы, если бы от него зависела моя жизнь? Если бы меня ловили?

Впрочем, может, и я рискнул бы сказать. А может, повезло больше бы — Клод был бы там.

Впутать их в этот кошмар, как же обычному человеку справиться с таринской системой? Захотел бы он с этим связываться? Зря позвонил. Откуда у него могут быть такие возможности? Давно уже один непокорный раб утратил иллюзии насчёт лёгкого освобождения. Хотя всегда хотелось верить в "а вдруг"…

А потом? Без денег, без дома, без ничего — куда? Сесть ему на шею — ни образования, ни профессии, кому я там нужен. Но ведь искал же.

Чёрт, надеюсь, мой звонок Тали не повредит. Говорила же, что к ней присматриваются, могут ли прослушивать линии? Не предъявят ли претензий в своеволии раба? Но ведь сама же разрешила.

Сколько времени прошло, решительно приоткрываю дверь. Нужно было, пожалуй, постучать. Привык, если ночью захожу — то бесшумно.

Смущённо застываю. Тали в пеньюаре полусидит на кровати, оборачивается ко мне. Скоро у меня от одного вида этого пеньюара будет кровь в голове стучать, а уж когда она в нём…

— Простите… госпожа… думал, вы спите… просили будить… — говорю сбивчиво, сам на себя злюсь, не можешь нормально сказать?

— Спасибо, — кивает, улыбается так ласково, прямо сердце сжимается. Какая же она уставшая, вдруг замечаю, хочется спросить, не случилось ли чего, но ведь видел, что не случилось.

— Пойду комбайн запущу, — поворачиваюсь. Как-то неловко вышло. Что это она сидит не выходит.

— Сейчас приду, — слышу вслед, — никак не могу заставить себя встать.

Небо пасмурное, дождь накрапывает, может, из-за погоды? Иду убираю гамак, снимаю поле: никакие роботы не польют так, как дождь. Тали вроде собиралась купить что-то на улицу? Или передумала?

Спускается уже одетая, в любимых брюках и жакете, нужно поспешить, наверное.

— Сегодня поедем на машине, — говорит. Киваю. Доедаю поскорее, иду переодеться. Странно всё как-то…

— Антер, — останавливается возле двери, когда спускаюсь обратно, — я давно должна была сделать это… на всякий случай. Дай руку.

Берёт мою ладонь, прикладывает к сканеру опознавания, даёт доступ. Вроде один гулять не планирую. Но как-то даже приятно.

И прикосновение. Тёплые пальцы на моей руке, как же мне этого не хватает! Где взять столько выдержки…

— Поставишь сигнализацию? — спрашивает. Хочу ответить, что не знаю кода, но знаю же, столько раз наблюдал, никогда не скрывала, что вводит. Киваю. Выходим, закрываю дверь, Тали садится в машину, переживаю, чтобы ничего не перепутать. Но с первого раза получается. Как она не любит, когда дверь в машине держу.

Так странно, что именно сегодня, после вчерашней выходки вдруг решила открыть мне замок… Может, действительно не сердится? Не хочет, чтобы я был рабом?

Въезжает на подземную стоянку, хорошо, не буду в мокрых брюках ходить. Поднимаемся на лифте, вот чёрт, Свелла с Анитой здесь. Ещё и Селий припрётся, с нами увяжется, будет очередной замечательный день.

Чуть опоздали, приходится сесть рядом с Анитой, она почему-то с краю. Можно немного поспать… Не тут-то было.

— Ты в курсе, что хозяйки нас свести задумали? — шепчет, мало тебя наказали за болтовню?

— Моя мне ничего не говорила, — отвечаю.

— Ну а мне говорила, в салоне красоты.

— Т… Ямалита?

— А кто же? Так что… имей в виду.

А ты и не против вроде? Кажется, передёргиваюсь, Анита обиженно отворачивается. Надо бы извиниться, да какого чёрта? Спасибо, хозяюшка, и себе кого-то нашла, и о рабе позаботилась.

Снова закрываю глаза. Так и вижу тебя в пеньюаре… как когда из медкабины вылезла.

Тамалия

Сижу мрачная, на вопросы госпожи Кларны отвечаю, что снились родители, и старые друзья, соскучилась, и вообще погода отвратительная, спать хочется. Со Свеллой почти не разговариваю, чтобы не вздумала за мной в музей увязаться или Селия своего подпихнуть.

Селий прямо у двери нас встречает, хвост распушил, что-то о букете своём спрашивает. Принципиально прохожу мимо, не здороваюсь. Я на тебя обиделась, вообще-то, ты меня одну в море бросил.

— Ямалита сегодня не в духе, — говорит Свелла. — В исторический музей вроде собирается…

— А на что там смотреть? — удивляется Селий.

— Ну она же приезжая, — сообщает Свелла тоном, каким могла бы сказать "ну она же дурочка".

— Пока, Свелла, созвонимся! — бросаю на ходу, сворачивая к лифту.