Бренна была права. Отец Кристен действительно жаждал его крови. Он обрушивал на него удар за ударом, не давая Ройсу ни секунды передышки, гоняя его по всему двору. Ни один из датчан, с которыми Ройсу доводилось скрещивать мечи, не был таким беспощадным. Но, с другой стороны, ни у одного из датчан не было такого сильного личного мотива. Ройс сражался с разъяренным отцом, а не с викингом. Его заставляли расплачиваться за каждую минуту, проведенную в объятиях Кристен.

Наверху, в комнате Ройса, Кристен стояла у окна и, застыв, как статуя, следила за происходившим внизу поединком. Это было для нее жестокой пыткой, но она не могла отвести глаза в сторону. Десятки раз ее сердце уходило в пятки, когда ей казалось, что Ройс не сможет вовремя поднять свой щит, когда он не успевал достаточно ловко уклониться и меч ее отца просвистывал в дюйме от него и когда, наконец, он сам начал оставлять зарубки на щите ее отца.

Теперь они стояли, как два быка, беспощадно осыпая друг друга ударами; Кристен до крови искусала губы, стараясь не закричать. Сколько это может продолжаться? Сколько ей еще ждать и терзаться, прежде чем…

Под силой последнего удара Ройс упал на землю. Гаррик занес свой меч, но Ройс подставил ему подножку, и он тоже повалился на землю. Ройс первый вскочил на ноги, и в этот момент живот викинга оказался незащищенным. Но Ройс не воспользовался этим. Вместо этого он воткнул меч в землю и сбросил с себя шлем.

– Я выиграл! - прорычал он. - Я мог бы убить тебя только что!

Гаррик поднялся с земли намного медленнее. Он приставил острие своего меча к груди Ройса и несколько мучительных мгновений держал его так, потом тоже воткнул меч в землю. Сняв свой шлем, он встряхнул густой гривой золотых волос.

– Да, глупо было бы продолжать все это, потому что я также не могу убить тебя. Но уж по поводу вот этого я не стану испытывать никаких угрызений совести.

Он нанес Ройсу сокрушительный удар в челюсть, и тот снова повалился на землю. Но он быстро вскочил и уткнулся плечом в живот Гаррику. Они снова дрались не на шутку, но только уже не мечами, а кулаками.

Наверху Кристен заплакала от облегчения. В дальнем углу двора Бренна отвернулась, чтобы скрыть свои собственные слезы. Обе женщины улыбались, уверенные теперь в том, что их мужчины останутся в живых. Викингов не особенно разочаровало происшедшая перемена в методе поединка. Они продолжали выкриками подбадривать своего воина, то же самое делали и саксы.

Когда спустя много времени все закончилось, Ройс уже не мог поднять руку, даже если от этого зависело спасение его души. Гаррик, все еще стоявший на коленях, был провозглашен победителем, прежде чем рухнул замертво на Ройса. Все притихли. Никто не предусмотрел такую вероятность, что оба сражавшихся останутся в живых.

Но Кристен не дала им времени на размышление. Она подбежала к лежавшим на земле соперникам и приказала перенести их в дом. Когда никто из саксов не сдвинулся с места, чтобы исполнить ее приказание, она метнула яростный взгляд в сторону Олдена.

– Не вынуждай меня пожалеть о том, что я простила тебя, сакс! Заставь их шевелиться, и поживее!

Он так и сделал, а Кристен, увидев, что к ней приближается ее дядя и большинство остальных викингов, быстро схватила один из мечей, принадлежавших участникам поединка. Она выставила его перед собой, глядя прямо в глаза Хью.

– Дело сделано, дядя Хью, - предостерегающе сказала она. - Я сейчас же выйду замуж за этого сакса, и горе тому, кто вздумает мне помешать! Он дрался за право потребовать мира, и он его заслужил!

Хью запрокинул голову и громко расхохотался. Потом он шлепнул Бренну по спине, отчего она чуть не упала.

– Яблоко от яблоньки недалеко падает, а, Бренна? Пусть Один поможет нам, если на наших берегах появится больше таких женщин!

Бренна повернулась и сердито уставилась на своего деверя.

– Глупец! А как бы она выжила здесь, если бы я не научила ее защищать себя? Дай ей ответ, которого она ждет!

Хью улыбнулся своей племяннице.

– Твой избранник храбро сражался. Он заслужил мир.

– И вы все покинете его поместье?

– Только после того, как погуляем у тебя на свадьбе!

Кристен улыбнулась, потом расхохоталась от переполнявшего ее счастья и бросилась на шею своему дяде.

Глава 44

Сегодня Ройс уже не чувствовал себя таким разбитым, но полагал, что он все еще не в состоянии сползти с кровати. После трех дней, проведенных в постели, он начал понемногу приходить в себя, но еще никогда в жизни не чувствовал себя так ужасно. Одно время ему казалось, что у него переломаны все кости. Некоторые действительно были сломаны, и Кристен туго перебинтовала его грудь, чтобы треснувшие ребра быстрее срослись.

Но ему вовсе не нужно было вставать с постели, чтобы узнать последние новости. Ему казалось, что за эти дни в его комнате побывали все обитатели Уиндхерста. Его люди приходили справляться о его здоровье, друзья и родственники Кристен желали познакомиться с человеком, который собирался жениться на их “золотоволосой розе Норвегии”.