Читаем Пылай, огонь полностью

— Джентльмены, джентльмены, — принялся успокаивать их мистер Мейн. — Мы задержим вас не больше чем на минуту. Вы уже закончили, Хенли? Отлично. Я почтительно прошу вас, мои дорогие сэры, всего лишь поставить свои подписи как свидетелей под двумя копиями документов. Капитан Хогбен?

Хогбен небрежно начертил свою роспись. То же сделали и остальные. Копии были заверены и запечатаны, а свидетелей выпроводили столь же бесцеремонно, как и пригласили. Мистер Мейн сиял.

— Хотя это вряд ли имеет значение, — сказал он, — но могу ли я попросить вас, мисс Тремьян, вручить капитану Хогбену вашу муфту?

— Мою муфту? — изумилась Луиза Тремьян.

— Если вам будет угодно. И пусть он покажет нам, как леди Дрейтон боком держала муфту во время выстрела, хорошо?

— Да! — резко ворвался новый голос. — Во всяком случае, пусть он нам это покажет!

Голос был негромок. Более того, он был тих, подчеркнуто тих и сдавлен.

В открытых дверях стоял суперинтендант Джон Чевиот.

Лицо его было бледным, а стиснутые челюсти разжались только тогда, когда он произнес эти несколько слов. Под накинутым пальто, он, как и Хогбен, был весь в черном, если не считать полоски белой сорочки и золотой цепочки от часов с брелоками на жилете. В руке он держал предмет, напоминающий зеленую папку.

Но впечатление, произведенное этим тихим, почти мирным голосом, было таково, что в комнате наступила мертвая тишина и всех присутствующих охватила дрожь. Луиза Тремьян подавила готовый вырваться у нее вопль.

Сразу же за ним стояла Флора Дрейтон, а за ними держался сержант Балмер. Чевиот поклонился Флоре, пропуская ее в комнату. В мертвой тишине он усадил ее в другое широкое кресло, недалеко от Луизы. Легко кивнув всем собравшимся, Флора заняла место в нем. Она была еще более бледна, чем Чевиот, но, так же как и он, сдержанна, и высоко держала голову.

Чевиот сделал загадочный жест сержанту Балмеру, который, кивнув, закрыл двери. Чевиот легкими шагами пересек комнату, приблизившись к столу, за которым сидел мистер Мейн. Среди разбросанных бумаг насмешливым напоминанием тут лежал пистолет полковника Роуэна с серебряной рукоятью.

Не говоря ни слова, с отвращением на лице, Чевиот переместился к столу старшего клерка, на который и положил зеленую папку.

Наконец это мрачное молчание было нарушено голосом мистера Мейна.

— Вы появились довольно поздно, мистер Чевиот, — сказал он.

— Да, сэр. Это верно. Некое лицо, — ответил Чевиот, — приложило немало сил, чтобы я вообще тут не появился.

Слегка повернувшись, он глянул на Хогбена. Тот, оскалив зубы, засмеялся ему в лицо. Этот хриплый смех резко контрастировал со спокойной и твердой вежливостью двух комиссаров полиции.

— Конечно, мистер Чевиот, — ровным голосом сказал мистер Мейн, — вы проявили излишнюю смелость, когда пообещали нам доставить убийцу мисс Ренфру к восьми вечера, не так ли?

— Я так не считаю, сэр. — Чевиот снял пальто и шляпу, аккуратно положив их на стул и вернулся к столу. — Кроме того, сейчас только четверть восьмого.

— Мистер Чевиот! — вмешался полковник Роуэн, и в голосе его были едва ли не умоляющие нотки. — Капитан Хогбен сделал заявление, с которого ныне сняты заверенные копии...

— Я был готов к этому, сэр. Могу ли я взглянуть на заявление?

Мистер Хенли протянул ему копию.

За каминной решеткой, бросая отсветы на большого, траченого молью медведя с одним стеклянным глазом, горел огонь. Никто не проронил ни слова, пока Чевиот медленно перечитывал текст заявления. Флора Дрейтон, по-прежнему сидевшая с высоко поднятой головой, переводила взгляд с полковника Роуэна на мистера Мейна и на капитана Хогбена, на Луизу она не глядела.

— Понимаю, — тем же самым спокойным холодным голосом заметил Чевиот. Он положил листы на стол. — Капитан Хогбен, без сомнения, готов ответить на несколько вопросов, касающихся его заявления?

Он повернулся лицом к Хогбену. Тот стоял, сложив руки на груди, и спокойствие в его глазах сменилось удивлением.

— Вопросы, приятель? От тебя, приятель? Ну, уж нет, черт побери!

— Боюсь, что вам придется отвечать, — тихо сказал полковник Роуэн.

Даже мистер Мейн, несмотря на все свое предубеждение, был непреклонен.

— Конечно-, придется! — согласился он, стукнув по столу костяшками пальцев. — Вы обвинили леди Дрейтон и мистера Чевиота в заговоре с целью убийства. Не будем опережать события, но пока еще он суперинтендант этого отделения. Если вы отказываетесь отвечать на вопросы, то ценность вашего заявления становится весьма сомнительной.

— Перед этим типом? — вспылил Хогбен, но затем взял себя в руки. — Спрашивайте! — бросил он.

Чевиот взял заявление.

— Вы утверждаете, что видели, как леди Дрейтон произвела выстрел?

— Да! И попробуйте опровергнуть это!

— Далее вы утверждаете, что оружием был маленький пистолет с золотой пластинкой, врезанной в рукоятку, на которой были вырезаны какие-то инициалы, так? И, по вашим словам, вы видели, как он выпал из муфты леди Дрейтон, и я подобрал его?

— Да!

Чевиот раскрыл папку, вынул оттуда пистолет, принадлежавший покойному мужу Флоры, и протянул его Хогбену.

— Этот?