Читаем Пылай, огонь полностью

Оскалившись, Вулкан повернулся к нему. Держа в руках тяжелую трость, он двигался легкими кошачьими шагами, меряя глазами разделявшее их пространство стола.

Сдавленным шепотом они обменялись несколькими репликами.

— Если вы только притронетесь к портьере... — это был шепот Вулкана.

— Я не притронусь. Пока вы не прикоснетесь к дверям.

— Значит, лицом к лицу?

— Да!

В ту же секунду Вулкан сделал выпад через стол, метя в голову Чевиота.

Чевиот даже не пытался парировать его легкой тростью, поскольку та только бы разлетелась в щепки. Вместо этого он отпрыгнул в сторону. Гнутый посох, описав широкий полукруг, с треском врезался в дальний край стола. В красном дереве осталась глубокая вмятина. Оранжевый абажур лампы подпрыгнул и задребезжал, а китайская статуэтка качнулась.

Но Вулкан, лишь на мгновение потерявший равновесие, снова был в боевой стойке. Чевиот мог лишь с молчаливой издевкой наблюдать за ним. Столкнувшись с такой мощью и стремительностью действий, он не рисковал применить захват из арсенала джиу-джитсу, пока...

Пока он не выведет Вулкана из себя и тот не потеряет равновесия.

Вулкан ждал, слегка перемещаясь из стороны в сторону. Чевиот занял позицию у края стола, не спуская с него глаз.

Вулкан снова промахнулся, сделав размашистый выпад, отчего улыбка Чевиота стала еще шире.

Вулкан медленно отодвинулся от стола. Столь же неторопливо он сдвинулся влево, пока перед ним не оказалась одна из китайских статуэток. Один глаз у него не видит, припомнил Чевиот, он может ошибиться в оценке дистанции.

Вулкан тоже понял это, что вызвало у него приступ ярости. Он сделал еще шаг назад. Чевиот же, напротив, прижался к краю стола и даже слегка перегнулся над ним.

Вулкан мощным движением развернулся на месте и кинулся вперед. Слишком поздно он увидел, куда придется его удар, но уже не мог остановить замаха. Вся мощь его пришлась на улыбающуюся Венеру с рассыпавшимися по плечам черными волосами. Китайская статуэтка разлетелась на мелкие осколки, когда трость врезалась в стол.

По-прежнему никто не проронил ни слова. Вулкан застыл на месте, и его единственный глаз расширился от ужаса. Его бледное лицо стало еще бледнее. Словно пораженный столбняком, он прошептал единственные слова, полные искренних человеческих чувств, которые Чевиоту довелось от него услышать.

— Кэти, — сказал он. — Моя бедная Кэти.

И тут же ярость снова охватила его. Кровь бросилась ему в лицо, и лишь скулы остались такими же бледными. Он кинулся к столу, перегнулся через него, но Чевиот внимательно следил за его движениями. Видя перед собой ненавистное лицо противника, Вулкан размахнулся, желая нанести сокрушительный удар, — и потерял равновесие.

Чевиот уже отбросил бесполезное оружие. Когда сжатая в кулак правая рука Вулкана метнулась через стол, левой рукой от схватил ее за кисть, как в схватке с капитаном Хогбеном. Он дернул на себя это огромное тело Левиафана, которое рухнуло на стол рядом с рулеткой.

Не более чем на секунду шея Вулкана оказалась на краю стола, словно ожидая удара гильотины. Ребром правой ладони Чевиот резко, словно ножом, рубанул противника по основанию черепа. Затем рывком перевернул его на спину, заставив крутануться колесо рулетки.

Вулкан тяжело перевалился сначала на бок, а потом на спину, конечности у него подергивались. Полузакрытые глаза с подрагивающими ресницами остекленели. Похоже, что он не дышал.

Колесо рулетки замедляло свой ход и наконец остановилось.

Чевиот, обливаясь потом, смотрел на Вулкана, ужасаясь творению своих рук.

Точно нанесенный удар такой силы мог не только оглушить человека, что он собирался сделать, а и убить. Но в самом ли деле он собирался всего лишь оглушить его? Точно ли он выбрал место, после удара по которому Вулкан лишь впадет в беспамятство?

Вся эта схватка, не считая сказанных шепотом слов и треска ударов трости Вулкана, проходила в мертвой тишине.

Не в силах вымолвить ни звука, Чевиот в этой ужасающей тишине торопливо стал искать часы, чтобы проверить, замутится ли их стекло от дыхания жертвы. Часы куда-то исчезли. Склонившись, от попробовал пульс. Ему показалось, что он слышит его биение, но полной уверенности в этом не было. Разорвав рубашку на груди у Вулкана, он прижал пальцы к его сердцу.

Сердце билось — слабо, но ровно. Вулкан был только без сознания.

Чевиот поднялся на ноги. Необходимость наклоняться вызвала боль в левой стороне головы. Через пару секунд к нему вернулись силы, и он обошел вокруг стола. Взяв гроссбух за 1828—1829 годы, он положил его на стол. Тут же он нашел свои часы на цепочке и гильотинку для сигар. Вынув из замка короткий ключ, он сунул кольцо с ключами в карман.

Затем, прислушиваясь к малейшему звуку внизу, он заторопился к окну. Открыть его оказалось непросто. Он с силой дернул створку, едва не выбив стекло. Пришлось ударить кулаком по раме, пока не поддалась вторая створка.

Глоток холодного ночного воздуха освежил и успокоил его. Задернув у себя за спиной занавеси, он вытащил свисток. Его пронзительная трель раздалась в ночном небе.