Читаем Путями тьмы полностью

— Анна. Да, она была миловидна и свежа, как и свежа любая барышня этих лет, не знающая тяжелой работы. Только в то время я понял, что люди и те, кто ими когда-то был, любят не за что-то конкретное… Чаще — вопреки чему-то. Объективно Анна не обладала яркой красотой или острым умом. Легкая, даже поверхностная, но именно от нее Ричи потерял голову в первую же их встречу. Мы с братом часто бывали по вечерам у ее отца. Старый пройдоха неплохо поднялся на морской торговле, и через него можно было добыть занимательные диковины с других концов света. Казалось, Анна сама оказывала расположение моему брату, но это было лишь недальновидной женской игрой. Истинным объектом интереса Анны был далеко не Ричи….

— Им был ты?… — догадалась я, с трудом сдержав кривую улыбку.

— Да. Я. Брат, пусть и слепо влюбленный, быстро понял, что к чему, и зачем Анна так часто зазывает нас в гости. Стоит ли говорить, что ревность затмила его разум? Он втерся в доверие к девушке и вызвался помочь устроить тайную встречу, а сам провел ее ко мне, когда я пил очередного бедолагу. Узнай Деви об этом, девчонка умерла бы в ту же ночь, а Ричи ждало бы наказание, но все обернулось иначе. Деви осталась в неведении, Анну же не оттолкнула моя природа, а вопреки здравому смыслу разожгла в ней желание быть со мной. Очередная глупость, которая привела нас к катастрофе.

Я слабой рукой налила Адриану новую порцию виски и придвинула к нему бокал.

— Следующей ночью девчонка, начитавшись глупых книг, обратилась ко мне с мольбой разделить с ней вечность. Я понятия не имел, что делать, она слишком много знала, но мне было жаль ее и я знал, какие чувства питает к ней мой брат. Увещевания и просьбы не возымели никакого эффекта, и бедняжка, поняв, что я ничего к ней не испытываю, не нашла выхода лучше, чем выброситься из окна. Все произошло слишком неожиданно, я пришел в себя, когда она, проломив голову, медленно умирала на камнях их сада. И я сделал последнюю, самую главную ошибку.

Хозяин умолк. Чернота его глаз засасывала, словно желала присоединить мою сущность к сонму всех плененных душ.

— Ты обратил ее? — тихо спросила я

— Да. Укусил, дал своей крови, и унес в наше логово, в дом, в подвале которого мы по старой традиции спали в неудобных дурацких гробах. Я думал, что поступаю правильно, что только так смогу заслужить прощение Ричи. И казалось, я его получил. Когда Анна пришла в себя, ее восторгу не было предела. Ей так нравилось, как выглядит ее белая кожа, как сами вьются ее чудесные светлые волосы. Ричи, глядя на нее, забывал дышать. Он был бы счастлив, если бы не мое присутствие рядом, и не ее потребность во мне. Деви, которая тогда жила с нами, совсем не обрадовалась прибавлению в семье. Она сразу сказала, что из Анны ничего не выйдет, что тот, кто решил свести счеты с жизнью, никогда не оценит наш дар. И мудрая Деви знала, о чем говорит. Анну медленно сводила с ума необходимость пить кровь. Поначалу под моим руководством она бездумно утоляла жажду, но затем пришло тяжелое чувство вины, усугубленное тем, что я не мог ответить взаимностью на ее чувства. Она не видела смысла в том, что делает, а когда узнала про необходимость поглощать души, то и вовсе начала считать нас порождениями Сатаны. Ее облик медленно менялся, кожа иссыхала и темнела с каждым новым приступом истерики. Когда мы поняли, что пройдена точка невозврата, и Анна становится тем существом, которое мы называем отверженным, мне пришлось убить ее, пока она не покинула нас и не стала членом стаи кладбищенских гулей.

— Ричи, наверное, возненавидел тебя…

— Мы не общались больше двадцати лет. Деви смогла нас примирить, и Ричи больше никогда не упоминал Анну. Конечно, после этого наши отношения были весьма прохладны. Теперь я знаю, что он так и не простил меня, а затаил обиду и ждал возможности мне отомстить.

— Мне очень жаль, Адриан. Правда, жаль. Но… ведь в смерти девочки нет твоей вины.

— Я убил ее собственными руками. Почти что дважды. Для Ричи этого более чем достаточно.

Я взболтала остаток виски в своем стакане.

— Так значит, поэтому ты и не спешишь открывать Одри правду про души? Про силу, которую они дают?

— Ты же слышишь ее речи? Души могут оказаться последним толчком к началу конца.

— Но как без информации она примет правильное решение? Но даже если Одри так и не захочет пить кровь из людей, то почему бы не оставить ее в покое? Пусть, к примеру, живет в глуши и охотится на животных. Если она будет в мире с собой, то не станет отверженной.