Читаем Путями тьмы полностью

Усилием воли заставила себя смотреть ему в глаза, а не разглядывать фигуру.

— Ты сомневаешься в моих намерениях. Иного я не ожидал. — Демон чуть прикусил губу и тряхнул золотыми кудрями. — Но позволь мне совершить широкий жест, который, надеюсь, убедит тебя. Я сохраню нашу встречу в тайне… Напротив торгового центра есть чудесный ресторан, тот самый, где мы могли бы насладиться вином и итальянской кухней. В отеле наверху ты сможешь меня найти, а я… буду ждать. Адриан уже потерян, его судьба предрешена. Мы найдем Старейшего вместе, и в аду Мать признает нас.

В словах звенела неподдельная искренность, они так походили на правду, что правдой быть не могли. Что он задумал? Чего он хочет?

Его пальцы теплым ветром нежно скользнули по моей щеке. Я запоздало дернулась, но Асвель уже отстранился.

Он умел играть в игру холодно-горячо. Его плотские страсти легко облачались в сдержанную невинность, заставляя недоумевать, куда делся былой напор. Каждый последующий шаг навстречу Асвелю давал ему все больше ниточек, за которые так удобно дергать.

— Я подумаю, Асвель, — медленно произнесла я.

То, что и должна сказать демоница, достаточно гордая, чтобы слишком явно не кидаться на протянутую соломинку, но достаточно умная, чтобы понимать все выгоды сделанного предложения.

Ведь я в тупике, не так ли? Не стоит давать Асвелю поводов думать, что, возможно, я ближе к цели любого другого демона, втянутого в эту авантюру.

— Тогда до встречи, Хелла. С нетерпением буду ее ждать, — Асвель слегка наклонил голову.

Он вышел, а я осталась стоять, прислонившись спиной к стене.

Асвель был так близко. После стольких лет.

Я закрыла глаза, до боли прикусив губу. Едва демон исчез, внутри что-то щелкнуло и взорвалось, выпуская цунами, от которого захлебнулись сенсоры ощущений. Внутренний зверь, которого я поклялась больше не спускать с поводка. Асвель уже ушел, но в воздухе витал едва уловимый аромат его кожи, что воскрешал самые потаенные желания.

Ненавижу Асвеля и то, как он на меня действует одним своим появлением.

* * *

За окном сгустилась тьма, уже поглотившая последние лучи солнца. На смену им слабо мерцали уличные фонари. Я некоторое время бездумно пялилась на узкий переулок, кишку, что пролегала между нашим домом и соседним небоскребом, и, бесшумно задвинув шторы, села на свободное кресло.

Моя аккуратность была не к чему. Если верить Адриану, Одри не проснулась бы и от пушечного выстрела. Молодой вампир руководствуется только собственными, пока не отлаженными часами, и никакая сила на свете не способна приблизить его пробуждение.

Стив сидел у изголовья кровати. Пальцы напарника, неосознанно для самого фамильяра, методично скользили вверх и вниз по рыжеволосой прядке фарфоровой куклы, которой стала Одри. Впрочем, Стив по бледности сильно превосходил свою дочь. С заострившимися от нервов чертами и впавшими глазами он куда больше походил на вампира из старых сказок, чем молодая прекрасная девушка, мирно спящая в своей постели.

Адриан стоял неподалеку от меня. Он задумчиво теребил подвеску из оникса, изредка поднося ее к губам, как если бы обдумывал некий занятный вопрос. Ни капли торжественности, ожидаемой от того, кто должен приветствовать новое дитя ночи.

— И… сколько еще она может спать? — негромко спросила я.

Адриан неопределенно шевельнул плечами.

— У нас столик забронирован на десять, — решилась напомнить, за что поплатилась гневным взглядом Стива.

— Ничего святого, твою ж мать, — прошептал он.

Я тихо рассмеялась:

— Просто констатировала факт. Пробуждение пробуждением, но нам действительно необходимо попасть в “Тяготение” к десяти.

Стив набрал воздух, чтобы ответить, но Одри вдруг слабо шевельнулась.

Она сонно повернула голову, потянулась и распахнула глаза. Кажется, ее радужка приобрела более насыщенный, изумрудный цвет, но возможно, это была лишь игра света и тени.

Отца девушка заметила первым, и ее брови недоуменно вздрогнули. Сложно сказать, что сильнее удивило Одри: что отец караулил ее пробуждение, или его траурное выражение лица.

Признаться, последнего я бы испугалась.

— Одри… — тихо сказал Адриан, делая шаг.

Девушка вскинула голову и резко вжалась в подушки, как если бы увидела оживший ночной кошмар. Она беззвучно открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыба.

Вампир поднял руки ладонями наружу, как бы показывая, что ничего дурного не задумал, и сделал еще один шаг.

Это стало последней каплей. Одеяло метнулось вбок, и Одри загнанным зверьком скользнула в дальний угол комнаты.

— Не подходи ко мне! — вскрикнула она, и от ее неестественно пронзительного голоса едва не треснули барабанные перепонки. — Ты, гребаный маньяк, не…

Она замолчала, тяжело дыша, качнулась и перевела взгляд вниз, на ноги.

Повисло молчание. В глазах Стива стояли слезы.

— Одри… — мягко повторил Адриан.

Девушка несмело коснулась собственного бедра, дрожащей рукой потянулась и в движение подняла штанину, обнажая ногу до колена.