Там на Евагрия оказала сильное благотворное влияние, своим жизненным примером и личным воздействием, преп. Мелания Римлянка. Она будучи молодой, красивой и богатой вдовой, стала монахиней и основала обитель на Масличной горе. Мужскую половину этой двойной обители возглавлял знаменитый Руфин Аквилейский. Там-то и поселился Евагрий, получив иноческие одежды от преп. Мелании. Но вскоре его обуяло ораторское тщеславие. Он снял иноческие одеяния и был готов совершенно оставить монашеский путь, но смертельно заболел. Преп. Мелания вызвала Евагрия на откровенность, и он, наконец, покаялся в том, что происходило с ним в Константинополе. Спустя несколько дней он неожиданно выздоровел.

Около 383 года Евагрий покинул Иерусалим и прибыл в Нитрийскую пустыню. В то время из первых вождей монашества в живых оставался только преп. Макарий Великий, и Евагрий сделался его духовным сыном. Через два года Евагрий перешел в более строгую пустыню Келлий и ходил для духовного окормления в Скитскую пустыню к преп. Макарию, а в самой пустыне Келлий он пользовался духовным советом у другого опытного подвижника, преп. Макария Александрийского или Городского. Только однажды Евагрий покинул пустыню, отбыв на короткое время в Палестину, дабы избежать рукоположения во епископа, каковое хотел над ним совершить архиеп. Феофил Александрийский. В Келлиях Евагрий прожил около четырнадцати лет, проходя самые строгие подвиги, зарабатывая пропитание переписыванием книг и занимаясь составлением аскетических и богословских сочинений. К концу жизни он приобрел известность аввы, и его посещало по несколько паломников в день.

Авва Евагрий мирно скончался в своем пустынном уединении около 399 года, в кругу преданных учеников.

Через год после кончины Евагрия, в 400 году, разразился так называемый оригенистический кризис, вызванный тем, что архиеп. Феофил Александрийский созвал Поместный Собор и открыл гонение на учение Оригена и на его подлинных и мнимых приверженцев среди образованной части египетского монашества. Трудно сказать, чем были вызваны такие действия архиеп. Феофила: убеждениями или выгодами церковной политики? По крайней мере, раньше он был умеренным оригенистом и искал поддержки среди той части монашества, на которую обрушил гонения. Результатом оригенистического кризиса стало то, что более половины иноков покинуло пустыню Келлий. Именно в этот период на защиту пятидесяти египетских монахов, прибывших в Константинополь, встал свят. Иоанн Златоуст, не нашедший у монашествующих заблуждений Оригена.

Но как бы то ни было, Поместный Александрийский Собор вынес осуждение оригенистам, к коим, в принципе, мог быть причислен и авва Евагрий, хотя соборных документов, подтверждающих этот факт не имеется. Несмотря на то, что в сохранившихся сочинениях Евагрия нет ни одной ссылки на Оригена, Евагрий действительно принадлежал к довольно мощной в то время философско-богословской оригенистической традиции. За что и поплатился. Последнюю точку в трагедии Евагрия (другой термин для обозначения его жизненного пути трудно найти) поставил Пятый Вселенский Собор 553 года, осудивший Оригена и оригенистов, к числу коих, на этот раз уже с указанием имени, был отнесен и Евагрий.

Бесспорно, что оригенистические заблуждения Евагрия совершенно справедливо были анафематствованы Вселенским Собором, но сам он, как умерший в мире с Церковью, не заслуживал ли помилования? В VI веке Церковь, руководствуясь текущими полемическими и пастырскими задачами, ответила на данный вопрос отрицательно. В этом же отрицательном ключе высказывались некоторые отцы последующего времени, в основном, представители аскетической традиции Палестины: преподобные Варсонофий Великий, Иоанн Пророк, Иоанн Лествичник, блаж. Иоанн Мосх.

Однако имеются и противоположные примеры достаточно мягкого отношения к Евагрию. Так, в признанном Церковью сочинении «Лавсаик», написанном учеником Евагрия, еп. Палладием Еленопольским, авва Евагрий именуется: «блаженным мужем», «доблестным подвижником Христовым», «праведником», «мужем жизни апостольской», наконец, прямо «святым» (Еп. Палладий Еленопольский, «Лавсаик», Санкт-Петербург, 1873 г., гл. 73).

Нужно указать и на то, что составитель русской редакции «Добротолюбия», свят. Феофан Затворник, в предисловии к аскетическим творениям аввы Евагрия ни единым словом не обмолвился о его церковном осуждении, зато, вслед за Палладием, сообщил читателям такие подробности: «умерщвляя тело свое,... блаженный (Евагрий – и. В.Ф. ) внутренне оживотворялся Духом Святым и, очистив ум, сподобился дара ведения и различения духов» («Добротолюбие», Джорданвилль, 1986 г., т. I., «Сведения о жизни аввы Евагрия»).

В том же, положительном ключе говорит об авве Евагрий и свят. Игнатий (Брянчанинов) в своем «Отечнике» (Еп. Игнатий (Брянчанинов), «Отечник», С.-Петербург, 1880 г., стр. 102).

И все же, положительные отзывы сами по себе не могут перечеркнуть анафематствование аввы Евагрия Пятым Вселенским Собором.

§2. Сочинения