– Фишер, – напомнила она ему, хотя была практически уверена, что он ее фамилии ни разу не слышал. – Я встретила сегодня подругу, она служит в одном доме в Канаан. Она рассказывала как раз про такой вот дом, в котором живет пожилой джентльмен, совсем один. Канаан-бэнк, так, мне кажется, назывался дом. Или она сказала, Канаан-лодж…

– Да что с ним? – оборвал ее Битти, явно все больше раздражаясь.

Сара отметила про себя, что на вопрос он так и не ответил.

– Ужаснейший случай. Она упомянула об этом, потому что вчерашней ночью там случился страшный пожар. Все проснулись от запаха дыма. Дом сгорел дотла. Я надеялась, что вы уже знаете, что не мне придется сообщать вам подобные новости, но, к сожалению, это, похоже, не так.

– Ничего об этом не слышал.

Сара заметила, что он даже не осведомился о здоровье собственного дяди.

– Как я понимаю, это для вас особенно неприятно, потому что вы должны были унаследовать дом, верно? Хотя мисс Гриндлей и упомянула, что дом несколько запущен и вряд ли оправдает все ваши надежды…

Она прямо видела, как в голове у него вертятся шестеренки. Рейвен предупредил ее, что Битти не станет отвечать на вопросы горничной, и она соответствующим образом спланировала свою стратегию. Приманкой в ловушке была возможность выпутаться из старой лжи с помощью новой, к которой – она была в этом уверена – Битти уже подготавливал дорожку. Россказни о ветхости дома и о болезни дядюшки должны были подготовить Мину к тому, что наследовать будет нечего – от дядюшки, который должен был умереть до того, как она сможет с ним познакомиться. И если в нужной местности действительно стоял запущенный дом, где жил одинокий престарелый джентльмен, это решило бы все его проблемы.

– Действительно. Какие ужасные новости… Вы описали место, которое так хорошо мне знакомо. Канаан-бэнк потерян.

Сара подавила удовлетворенную улыбку. Назвав имя дома, он захлопнул себя в ловушке. Она его поймала.

– Должна сказать, доктор Битти, я немного удивлена, что вы не спросили о здоровье вашего дяди.

Тот нисколько не растерялся. Ответ был спокоен и логичен, и тем самым он выдал себя еще больше.

– Я понял так, что он не пострадал, иначе вы начали бы именно с этого.

– Или, может, это вас не беспокоит, потому что никакого дяди у вас нет? Дома под названием Канаан-бэнк не существует, и не было никакого пожара. Я все это выдумала – так же, как и вы. И мне хотелось бы знать зачем.

Битти на мгновение замер, и его лицо словно превратилось в одну из калотипических изображений Манн. Он моргнул, а потом ответил с гримасой отвращения на лице:

– Не могу представить себе, что заставило вас разыграть тут передо мной эту шараду, мисс Фишер, но я с самого начала знал, что вы всё придумали. Потому-то и подыграл вам в этой глупой салонной игре, чтобы посмотреть, куда заведет вас ваша наглость. Ответ прост: на улицу. Уж я позабочусь, чтобы вас уволили без рекомендаций.

Эта угроза была Саре прекрасно знакома и испугала ее гораздо меньше, чем Битти надеялся. Девушка смело встретила его взгляд.

– Подозреваю, доктор Симпсон посмотрит на дело по-другому, если вы не сможете предъявить ему своего дядю или дом, в котором он живет. Я навела справки в приходской книге, и там нет никаких записей о Чарльзе Латимере. Я также побывала на почте, где убедилась, что человек с таким именем в городе не живет. Зачем вы обманываете мисс Гриндлей, доктор Битти?

Глава 56

Экипаж мчался, подпрыгивая на булыжниках и скрежеща рессорами, так быстро, как, должно быть, никогда еще не ездил. Вряд ли брум вообще предназначен для подобных гонок. Рейвен только и слышал, как щелкают вожжи. Человек Флинта все подстегивал лошадей, нисколько не обращая внимания на тот факт, что уже темнело – и сгущался туман.

Уилл гадал, скольким незадачливым пешеходам придется обратиться к профессору Сайму из-за того, что они не успели вовремя убраться с дороги. Впрочем, при такой скорости было маловероятно, что кто-то из них доживет до кошмара операции.

На каждом углу брум грозил перевернуться, но до этого так ни разу и не дошло, к великому сожалению Рейвена, который начал надеяться, что сможет выбраться из-под обломков экипажа и в суматохе сбежать. Он попытался прикинуть возможные травмы в том случае, если выпрыгнет на ходу, но похитители будто предвидели подобный маневр. Они сидели по обе стороны от него и явно были начеку. У одного имелся шрам во все лицо, от лба до подбородка, будто от удара саблей. Отличительной чертой другого был зоб, такой большой, что носитель напоминал огромную жабу. Говорили они немного, а Рейвен – еще меньше.

Только теперь он понял, насколько был глуп. Почему-то решил, что ему всего-навсего нужно избегать встреч с Гаргантюа и Хорьком, и держался настороже исключительно к югу от Принсес-стрит, будто Новый город был некой надежной крепостью, куда Флинту никак не пробраться… Они просто устроили на него засаду – подождали, пока он не выйдет за дверь, и забрали его. Им ничего не стоило задать несколько вопросов, выследить его, и теперь его везли навстречу судьбе, которую он так долго водил за нос.