Именно оно одновременно с последним словом рухнуло вниз, пройдя сквозь балки, словно они были сделаны из бумаги, после чего взрезало одну из створок, распахнув ту настежь, и исчезло, оставив на земле глубокую ровную трещину.

И тут же внутрь хлынули всевозможные чудовища: антрацитово-черные пауки размером с лошадь; какие-то костяные шары, испещренные множеством изогнутых когтей; белесые слизни на длинных тонких ножках.

Хрипя, свистя и клочка, монстры растеклись по пещере. Одни ломанулись к вольеру с кавиалитами, другие напали на дварфов, третье же и вовсе устремились к переходу в следующий туннель.

Бородачи достойно встретили противников. Они явно не первый раз сражались с различными тварями и обладали набором отработанных тактик. Объединившись по двое-трое, коренастые воины принялись медленно отступать, прикрывая друг-друга. Молоты размеренно опускались, одинаково успешно круша как хитин, так и кости.

Досталось и Нику. Пробираясь к ведущему наверх туннелю, он не успел вовремя отдернуть ногу и в нее вцепился мохнатый шар, состоявший практически из одной только пасти.

С трудом сдержав крик, принц ножом располосовал тварь и продолжил путь заметно прихрамывая.

Дварфы несли потери. Одного втянул в себя прозрачный, похожий на желе, куб и тут же принялся переваривать еще живого воина. Тот беззвучно развевал рот в немом крике, но спасать его было некому. Напарника укусил паук и, отогнав какую-то каракатицу, потащил добычу назад к воротам.

Наконец бородачи смогли объединиться.

Спрятавшись за надломленным сталагмитом, Никаниэль наблюдал как те, соединив щиты внахлест, образовали живую крепость, за спиной у которой стонали раненные, и скрывался провал вожделенного туннеля.

Кфхан. Похоже коротышки собирались защищать проход до последнего. Тем более, что монстров осталось уже всего несколько штук. Это вначале показалось, что их тьмы и тьмы. Но то лишь от неожиданности. На деле же чудищ было не так и много, и большая их часть уже устилала пол пещеры.

Что же делать?

Смести всех оставшихся одним огненным шаром?

Ник заглянул внутрь себя — он уже потратил практически половину маны, а ведь еще предстояло найти Люминистилл и пробиться к поверхности. И не факт, что удастся в ближайшее время снять негатор. В таком случае остатки магических сил нужно приберечь.

И что тогда? Выскочить, размахивая ножом, и крикнуть: «Сдавайтесь, сволочи! Я Герой Лаода, падите ниц!»? Можно, конечно, надеяться, что дварфы умрут со смеху, но особо рассчитывать на это не стоило.

Вариант с поднятием нежити принц тоже отмел. Даже если некромантия сработает сквозь негатор, остатки отряда с легкостью справятся с единственным зомби, а на большее накопленной некроэнергии и не хватит.

Значит оставалось только одно…

Последний паук улепетывал, подволакивая сразу три раздробленных ноги. Его не преследовали. Покрытые кровью, слизью и лимфой бойцы напряженно вглядывались в пространство. Искали ли они того кто открыл врата или ждали новых монстров, но ослаблять бдительность явно не планировали.

А жаль.

Скрепя сердце, Никаниэль наклонился и провел пальцами по оставленной мохнатой пастью ране. Он посмотрел на окрасившуюся в багровый ладонь. Сколько раз уже его руки заливала кровь? Своя и чужая, друзей и врагов, разбойников и королей…

И вот ему вновь предстояло отнять чьи-то жизни. Простых солдат, пришедших всего лишь за светящимися кристаллами. Забрать дерьмо жрущих гниль личинок, чтобы продать его дерьмовым богатеям верхнего мира. Они виноваты лишь в том, что оказались не в то время и не в том месте. Явись на день раньше или позже — и все было бы хорошо. Взяли то что нужно и вернулись домой. К детям, женам, возлюбленным…

Ник глубоко вздохнул.

Как же не хотелось прибегать к этой силе. Он ведь клялся больше никогда ей не пользоваться. После того, что случилось в Тике. Сколько смертей тогда записали боги на его счет? Десятки? Может быть сотню?

Но выбора нет. Его самого ждут друзья. Волнуются, переживают. До каких пор можно ставить чужие потребности выше своих? К тому же далеко не только Соколы нуждались в Никаниэле. Более того — справлялись они без него, проживут и как-нибудь дальше. Но вот кое-кто другой ждать не мог. Кто-то очень важный, само существование которого зависело только от Ника.

Элельен…

Ник потер пальцы друг об друга, размазывая кровь. Он не чувствовал боли. Разве что в сердце. Очередное данное самому себе обещание будет нарушено. Очередная девушка не дождется суженного.

Но это будет неего девушка!

Никаниэль решительно провел окровавленной ладонью по оставленному гулем шраму и громко крикнул:

— Р’хал авьех!

Глава 50

Стоило короткой фразе сорваться с губ, как пространство перед Ником подернулось дрожащей рябью. Спустя пару ударов сердца в мареве зародилась знакомая фиолетовая спирать, которая росла и ширилась, пока не заслонила принцу весь обзор. И едва ее границы достигли диаметра в пару метров, как в мир Альйона шагнул призванный Никаниэлем демон.