Под конец разговора спутник Никаниэля, стерев с лица улыбку, сообщил что-то серьезным тоном, заставившим лидера отряда заметно посмурнеть и увести своих бойцов вглубь туннелей.

— Что ты им сказал? — спросил Ник, когда стихли последние отзвуки гулявшего по коридорам эха.

— Сперва, что ты теперь будешь вместо кавиалитов массировать спину моей мамы. — невозмутимо ответил Кадун. И тут же добавил. — Шутка! Это шутка! Не надо так нервничать. — он поднял здоровую руку, знаменуя поражение. — Ну а потом, рассказал о прорыве в утилизаторе. — дварф поджал губы и печально покачал головой. — Надеюсь они успеют закрыть ворота до новой волны монстров. Впрочем, если не будет еще одного трехрукого, парни справятся. Отряд Камнезада и не такое дерьмо расхлебывал.

— Камнезада? — не удержался от вопроса принц. — Это клан такой?

— Нет, конечно! Кто же так клан назовет? Совсем мозгов нет? Хотя, не знаю как там у вас, эльфов, принято. — бородач с сомнением глянул на спутника. — Как-то раз товарищи по отряду захотели разыграть молодого командира. Пока двое отвлекали его дурацким вопросом, третий подкрался сзади и с размаха отвесил смачный подсрачник.

Кадун хмыкнул в усы и поправил маску. После попадания демонического шипа, она так и норовила съехать в сторону.

— В общем, без долгих предисловий, бедняга сломал ногу. — продолжил тот. — То ли кто-то предупредил капитана, то ли он сам догадался, но засунутая загодя в штаны сковородка сделала свое дело. Истории уж века три, а его так и зовут — Камнезад. За глаза, конечно.

Вдруг дварф остановился и жестом приказал Никаниэлю сделать то же самое.

— Все, шутки в сторону. — сказал он, придавая себе вид засранца, который привык, что его с детства целует в жопу каждый встречный. — Город за поворотом. Веди себя как положено рабу и не отсвечивай. Глаза в пол, ноги чуть согнуть, спину колесом. Колесом, я сказал! Ты что, кирку проглотил? Прям как принц какой-то, кфхан побери.

И, добившись от Ника подобающего измученному невольнику вида, Кадун уверенно вошел в Хеледзиг.

Глава 53

Удивительно, но Хеледзиг по сути своей мало чем отличался от таких же небольших провинциальных городков поверхности. Те же покосившиеся домишки с прохудившимися крышами, те же зловонные лужи нечистот и угрюмые лица случайных встречных.

Единственное что — практически все строения были каменными, а некоторые и вовсе вырубили прямо в скале, создав некоторое подобие гигантского улья, населенного дварфами.

Хеледзиг освещал мягкий голубоватый свет люминесцентного мха, росшего по стенам пещеры. Но, несмотря на это, на каждом окне стояла кавиальная лампа с окрашенным в желтый стеклом, создававшим эффект зажженной свечи. Десятки искринок, смешиваясь, превращались в тусклое зарево, грубыми мазками нанесенное на сумрачную картину подземного города.

Глядя на количество используемых дварфами кавиалов, Никаниэль невольно усмехнулся. Монархи и вельможи королевств платили коротышкам бешенные деньги за эти кристаллы, а тут даже в лачуге последнего бедняка Ник насчитал сразу пять светящихся камней. Сей факт явно говорил о том, что далеко не все жители Дварфгона имели право покидать пределы родины и свободно вести торговлю с другими расами.

Кадун уверенно шлепал ботинками по лужам, чинно отвечая на приветствия сородичей. Вряд ли те знали в лицо каждого дальнего родственника правителя, но сомнительно, что все из них, лишившись половины физиономии, носили железные маски. Поэтому известность Кадуна наверняка обгоняла даже непосредственно королевских отпрысков.

Сперва принц пытался перепрыгивать через грязь, ступая лишь по относительно чистым участкам дороги, но, получив чувствительный тычок от спутника, сообразил, что рабы так точно себя вести не будут. Поэтому, поборов брезгливость, ему пришлось босиком шагать по нечистотам, иногда погружаясь по самую щиколотку.

И ведь никакой дождь всю эту дрянь никогда не смоет. О каком дожде может идти речь, когда над головой вместо привычного неба — испещренный сталактитами свод пещеры?

Кадун определенно знал где будет производиться оценка добытых артефактов. Он, не задумываясь, шел к цели, без тени сомнений выбирая маршрут и не останавливаясь чтобы спросить дорогу. Поэтому не прошло и десяти минут, как они оказались перед крепким двухэтажным домом с мощной трубой и вывеской в виде прислоненного к наковальне кузнечного молота.

Окованная железом дверь была слегка приоткрыта, и спутники услышали доносившийся изнутри ожесточенный спор на общем языке.

— А я говорю, что мастер сделает мой артефакт первым! — практически кричал обладатель глухого скрипучего голоса. — Я подавал заявку еще в прошлом веке и не намерен ждать еще столько же! Мне, может, помирать завтра!

— Тем более, Юдин, зачем тебе артефактный протез? — возражал ему оппонент, обладавший не менее скрипучим тембром. — К кавиалитам его заберешь? Так они сталь не жрут — у них несварение от нее.

— А это уже не твое дело, Шадин. Я пришел сюда первым и не уйду без протеза с подогревом!