– Он будет служить под началом у Джона, – утешился он. – А лучшего друга и союзника, чем мой брат, мне не найти.

Так и случилось…

Глава 24. Любовь сильных мира сего

Мы оставили Анну Австрийскую в очень тяжелое для нее время – в момент прощания с любимым. Королева Франции не нашла в себе силы скрывать свои чувства, так что даже непосвященному человеку были видны излишняя нервозность и угнетенное состояние духа Ее Величества. Пока королева Английская приобретала влияние в своем королевстве, Анна лишалась своего…

Ришелье не упустил возможности сообщить королю о свидании королевы и герцога в Амьене, а также о последующей сумасбродной выходке Бэкингема. И хотя мадам де Сюржи побоялась открыть наиболее пикантные подробности амьенской встречи, донесений шпионов Его Высокопреосвященства оказалось достаточно, чтобы взбешенный король заставил супругу давать отчет о своем поведении Королевскому совету. Анна вынуждена была подчиниться. И хотя страх перед разводом отступил благодаря остроумному замечанию герцога Анжуйского[64] («жена, собирающаяся изменить мужу, вряд ли станет привлекать внимание криками о помощи»), Людовик полностью охладел к супруге. Он выместил свою злость, удалив Пютанжа и мадам дю Верне со двора и разрешив Его Преосвященству назначить своих людей на освободившиеся должности. Король собирался сослать и герцогиню де Шеврез, но она опередила его, уехав на время погостить в поместье одного из своих поклонников, а потом решила вознаградить себя за эти скитания, посетив Англию. Мотивы герцогини были вполне оправданы – любовь к подруге, которая теперь стала королевой, нежные чувства к Холланду, а главное, непреодолимое желание испытать таланты английского донжуана, от которого она прежде отказалась ради счастья Анны Австрийской.

Все сложилось даже лучше, чем рассчитывала Мари. Генриетта пришла в восторг, узнав о приезде подруги. Герцогиня рассчитывала покорить английский двор, но этого не случилось. Король по-прежнему был увлечен красавицей Мари-Мадлен и довольно равнодушно поприветствовал гостью, когда она была ему представлена. Мари не преминула высказать удивление по поводу того, что Генриетта продолжает дружески общаться с мадемуазель Витри и не смогла сдержать изумления, видя, каким влиянием пользуется английская королева. К тому же Ее Величество сумела привить французскую беспечность и легкость нравов даже на пуританскую почву.

Генриетта любила театр и время от времени устраивала милые «домашние» спектакли, в которых помимо нее принимали участие Джордж и Джон Вилльерсы, баронесса Сент-Люс, лорд Монтегю, его брат, герцог Манчестерский, Френсис Глосс и конечно же Мари-Мадлен. Участие мадемуазель де Витри доставляло большую радость королю, который в благодарность предоставил жене щедрое содержание и полную свободу действий. Эти невинные забавы также позволили Ее Величеству сблизиться с Бэкингемом и виконтом Пурбеком, и эта дружба крепла с каждым днем. Герцог был большой поклонник театра, которому он и был обязан своим нынешним положением, – всем было известно, что король Джеймс обратил внимание на него во время представления, где будущий первый министр исполнял роль красавицы Розалины (в английском театре тех времен женские роли исполняли мужчины). Нужно заметить, что эти невинные забавы навлекли на королеву гнев пуританских проповедников, но это ее не заботило…

Таким образом, беспечность и богатство английского двора полностью удовлетворили даже такую пылкую натуру, как герцогиня де Шеврез. Обнаружив, что Холланд охладел к ней, она занялась реализацией второй части своего плана, которая касалась герцога Бэкингемского. Вначале Мари едва не оставила эту затею, познакомившись с виконтом Пурбеком. Но была одна убедительная причина, по которой Джон не захотел позволить себе близкое знакомство с очаровательной француженкой, – он страстно полюбил Элен де Сент-Люс, да так, что образ королевы потерял в его глазах прежнюю привлекательность.