Читаем Путь феникса полностью

А на следующее утро сэр Джон преподнес ему сюрприз. Они завтракали, и Майк между делом, не имея в виду ничего особенного, спросил сэра Джона:

— Могу я осведомиться желаниями сэра рыцаря на сегодняшний день? Оргия, охота, просто прогулка? Развлекать гостя — мой долг как хозяина.

Сэр Джон стал неожиданно серьезен. Некоторое время он молчал, а затем начал говорить следующее:

— Я должен кое-что рассказать тебе, Майк. Ты должен знаит, что я совершил… ну, не то чтобы преступление, это очень спорный вопрос, можно ли его считать таковым… Скажем так: я сделал некое действие, которое многие сочли бы предосудительным.

— Я это уже понял, — сказал Майк. — Иначе непонятно, почему вы путешествуете по диким местам в одиночку и не желаете ничего рассказывать о своем прошлом.

— Хорошо, что ты все понял, — сказал сэр Джон. — Знай же, Майк, что мне удалось избежать гнева служителей закона. Но на сердце у меня беспокойно.

— Вам нет нужды беспокоиться, — сказал Майк. — Вы можете оставаться моим гостем столько, сколько вам будет угодно. Здесь вас никто не найдет.

— Я не из-за этого тревожусь, — сказал рыцарь. — Я не сомневаюсь, что людской гнев мне не грозит. Но я не уверен насчет гнева богов. Уже много дней один вопрос не дает мне покоя: прогневал ли я богов своим поступком, и, если да, то в какой мере? Я долго думал над этим, и вчера я принял решение. Я решу этот вопрос экспериментом.

— Чем? — не понял Майк.

— Экспериментом, — повторил сэр Джон. — Это такое научное слово, оно означает… Ну, когда создаются некоторые условия, в которых может произойти одно или другое…

— Вы имеете в виду гадание? — догадался Майк.

Сэр Джон озадаченно хмыкнул.

— Наверное, можно и так сказать, — произнес он после паузы. — Да, назовем это гаданием, так тебе будет понятнее. Итак, Майк, я решил, что проведу некоторое время в штрафном загоне.

Майку показалось, что он ослышался.

— В штрафном загоне? — переспросил он. — Сэр Джон, ни в коей мере не хочу вас обидеть, но… Вы, вообще, представляете, что такое штрафной загон?

— Вполне, — ответил сэр Джон. — Штрафной загон или, иначе, петушатник, размещается в полудне конного пути на восток. В отличие от большинства других загонов, он обнесен частоколом, в котором, однако, нет ворот, а есть большая дыра на их месте. Внутри штрафного загона стоит балаган обычного вида, но он не используется по прямому назначению, а служит для того, чтобы у эльфов не возникло подозрений, что это не настоящий загон с настоящим стадом, а специально для них сделанная приманка.

— Я не об этом спрашивал, — сказал Майк. — Вы знаете, какую пищу едят в петушатнике?

— Да, я это тоже выяснил, — спокойно ответил сэр Джон. — Обитатели штрафного загона выращивают хлебную траву и какие-то овощи. Никакого скота там не держат, единственным источником мясной пищи служат тела каторжников, убитых эльфами во время очередного набега. Эльфы, как известно, орчатину не едят, а орки не считают каннибализм зазорным.

— Вы мне зубы не заговаривайте научными словами! — воскликнул Майк, тут же устыдился собственной несдержанности и добавил: — Прошу простить меня, сэр рыцарь, не сдержался. Мне просто показалось, что вы тоже… гм…

— Я думал над этим, — сказал сэр Джон. — Пока я не собираюсь вкушать орчатину. Видишь ли, Майк, среди артефактов, которые мне удалось добыть, есть запас консервов. Знаешь, что это такое?

— Конечно, — сказал Майк. — Это такие волшебные банки с волшебной едой, она никогда не портится, и сколько этой еды ни съешь, ее меньше не становится.

— Не совсем, — уточнил сэр Джон. — Еда в такой банке не портится только до тех пор, пока банка не вскрыта, а когда из банки ешь, еда уменьшается как обычно. Консервы не нарушают закон сохранения материи.

— Я науке не обучался и законов сохранения не знаю, — заявил Майк. — Но что я знаю твердо — то, что консервные банки неисчерпаемы. Это же общеизвестно! Спросите любого в Барнарде, вам любой так ответит! Вы, наверное, обряд вскрытия неправильно провели.

— Не буду спорить, — сказал сэр Джон. — Неважно. Видишь ли, Майк, я хочу получить знак. Я должен выяснить, насколько сильно прогневал богов тот мой поступок. Если эльфы меня убьют — это будет знак, что я недостоин продолжать жить. Если меня убьют каторжники — тем более. Но если я продержусь в штрафном загоне достаточно долгое время — этот знак покажет, что боги по-прежнему ко мне благосклонны и я зря терзаю свою душу сомнениями.

— Достаточно долгое время — это сколько? — спросил Майк.

— Пока не знаю, — ответил сэр Джон. — Я еще не решил. Поживем — увидим.

И улыбнулся.

Майк немного подумал и сказал:

— По-моему, это самоубийство.

Сэр Джон еще раз улыбнулся и повторил:

— Поживем — увидим.

Отправляясь в штрафной загон, сэр Джон взял с собой только Аленького Цветочка. Они поехали вдвоем, каравана каторжников сэр Джон ждать не стал.

— Недостойно рыцаря соразмерять свой шаг с тупыми животными, — сказал он Майку Карпентеру, отправляясь в путь. — К тому же день обещает быть жарким.