Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

— Способность видеть будущее — великая сила, — начал Келамит после того, как они обменялись формальными приветствиями. — Но преходящая, если сравнить её с умением учиться на опыте прошлого. Истинное знание заключается в понимании минувшего, настоящего и грядущего. Прошлое рассказывает обо всем настоящему, будущее дает оценку прошедшим событиям. Если ты не видишь минувшего и настоящего, грядущее утрачивает связь с ними и превращается в шквал бессмысленных вероятностей.

— Чтобы учиться на ошибках прошлого, не нужно тянуться к нему мощными психическими силами, — произнесла Тирианна, не совсем понимая, что пытается сказать ей ясновидец. Казалось, разговор не имеет отношения к её нынешней неприятной ситуации.

— Да, это не обязательно, но совершенно точно может помочь, — ответил наставник. — Каждый из нас обладает собственными воспоминаниями, сохраненными навечно. Мы можем сверяться с архивами, изучая решения и умозаключения наших предков. Всё это ценные источники знаний, но сеть бесконечности предоставляет нам ещё один.

Келамит жестом пригласил девушку слиться с одним из кристаллических узлов. Сделав это, Тирианна опустила свое сознание в психическую паутину мира-корабля. Перенос прошел гладко, без всяких усилий; ей больше не требовались мантры, выученные у наставника. Во многих смыслах, провидица ощущала единение с сетью бесконечности как возвращение в естественное состояние. Казалось, что облачение из смертной плоти — всего лишь временное неудобство, и однажды от него можно будет избавиться.

Мысли ясновидца пересеклись с раздумьями девушки и смешались с ними, оставшись при этом четко различимыми.

— До сих пор ты смотрела только вперед по сплетению, — сказал он Тирианне. — Тебе известно, что время — не застывшая точка, а последовательно разворачивающееся полотно причин и следствий. На сплетении мы можем отыскать не только то, чему предстоит случиться, но и то, что уже произошло.

Почувствовав, как её дух тянет куда-то, провидица не стала сопротивляться и сместилась из искусственной структуры сети бесконечности в сплетение, царство чистого разума. Когда девушка странствовала здесь в прошлый раз, во время битвы с орками, она не поднимала взгляд, выискивая только варианты сиюминутного будущего. Сейчас, позволив себе осмотреться шире, Тирианна упивалась многогранностью и красотой открывающейся перед ней вселенной; она видела, как обнажается запутанная сеть судьбы.

— У тебя ещё нет собственной руны, — произнес Келамит, и провидица уловила в его мыслях предупреждение. — Мне придется вести тебя назад, к воспоминаниям, потерянным тобою, и событиям, которых ты никогда не видела.

Тирианне показалось, что сплетение вывернулось наизнанку. Расходившиеся нити скручивались вместе, объединялись, и мириады возможностей становились определенными событиями. Образы, улавливаемые девушкой, двигались задом наперед, как и сам поток времени. Наставник торил путь так быстро, что ученица не без труда поспевала за ним, но и при этом краем глаза замечала саму себя, в различных и памятных ситуациях. Вот она теряется в Паутине; первый раз встречает Келамита; спорит с Корландрилем; сидит в своей комнате, создавая стихотворение; что-то ест вместе с Арадрианом и Корландрилем, под сенью дерева с золотой листвой.

Они устремлялись назад, всё дальше и дальше. Жизнь девушки так и мелькала мимо, пока странники не остановились в её самых юных годах, и провидица с изумлением увидела себя в детстве. Малышка сидела на коленях у матери, пытаясь ухватить её за длинную косу, и эта картина наполнила сердце Тирианны грустью — пусть даже тепло происходящего пробудило в ней чувство любви.

— Я помню этот момент, — сказала провидица, пытаясь привести в порядок смешавшиеся мысли, а эмоции тем временем грозили поглотить её. — Мама пела мне «Эпос об Эльданеше». У неё был чудесный голос.

— И, будучи ребенком, ты запомнила именно это, — ответил Келамит. — Голос матери навсегда отпечатался в твоих мыслях. Но дело в том, что одни только личные воспоминания не всё говорят об этом миге.

Наставник вывел их из видения, скользнув в сторону, к переплетающейся нити — так, словно оба переступили с одной платформы гравирельса на другую. Картина вернулась, слегка изменившись.

Ошеломленная провидица поняла, что воспринимает происходящее через воспоминания матери. Она держала на коленях маленькую дочку и праздно напевала ей, ожидая возвращения Ирландриара; костопева отозвали с Алайтока для устранения повреждений на звездолете, атакованном людьми. Тирианна-Митраирнин переживала за спутника жизни, боялась, что он никогда не вернется, и волновалась, в кого вырастет её дочь без отца.

Вошел Ирландриар, и облегчение матери охватило девушку. Она увидела теплую улыбку костопева, который снимал с плеча сумку; малышка-Тирианна заснула и даже не шевельнулась, когда опустившийся на колени отец поцеловал её в голову.