Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

Любого другого приспешника Иллитиан бы заставил помучиться подольше, прежде чем соизволил бы признать его присутствие. Но архонт знал, что с гемункулами это бесполезно, ибо они превозносили терпение до такой степени, которую большинство истинных эльдаров считали извращенной. Вместо этого он обратился к своему многоликому двору:

— Оставьте нас. То, что я скажу, предназначено лишь для ушей Сийина.

Услышав приказ, воины, наложницы, питомцы и рабы поспешно устремились прочь из зала, как небольшая лавина роскоши. Последними вышли инкубы, предварительно убедившись, что желание архонта полностью исполнено. Когда золоченые двери беззвучно закрылись, и они остались вдвоем, Ниос наконец посмотрел на гемункула, сжавшегося перед ним.

— У меня есть для тебя вопросы, относящиеся к искусствам плоти, — без преамбул начал Ниос. — Если не сможешь на них ответить, то тебе придется найти мне того, кто сможет, я понятно объясняю?

— Абсолютно, мой архонт. Чем я могу помочь вам?

Тон Сийина был уважителен, даже раболепен, но слова подразумевали, что Ниос что-то должен ему за ответ, и этого архонт не мог потерпеть.

— Ты не «поможешь» мне, ты подчинишься приказу и ответишь на мой вопрос или найдешь ответ где-то еще, — резко сказал он.

— Прошу прощения, мой архонт, чем я могу послужить вам? — залебезил Сийин.

— Уже лучше. Теперь скажи, как бы ты возродил высокородного, который мертв уже очень долгое время — века, а возможно, и тысячи лет?

Туго растянутое лицо слегка наморщилось: гемункул прикидывал, насколько может солгать.

— Это сложный процесс, мой архонт. Чем свежее останки, тем быстрее и безопаснее будет регенерация.

— Ясно. А если не считать «свежих останков», как ты выразился, что самое важное для достижения успеха?

Сийин тревожно поджал тонкие губы. Ему было неудобно обсуждать подобные секреты даже с архонтом. Терзания гемункула оказались неожиданно приятны. Ниос привстал с украшенного клинками трона и наклонился к Сийину, чтобы лучше распробовать это чувство.

— Чем сильнее… э… катализатор, тем лучше шансы, мой архонт. Но чтобы вернуть того, кого потеряли тысячи лет назад…

Ниос почувствовал слабость Сийина и атаковал:

— Ты имеешь в виду жертву, верно? Понадобится достаточно сильное жертвоприношение.

Сийин попытался вжаться внутрь кожаной мантии, когда Ниос начал ходить вокруг него. Гемункул сделал слабую попытку сменить направление дискуссии.

— В возвращении давно умерших есть определенные риски, мой архонт. Когда мы восстанавливаем свежих мертвецов, таких рисков нет, — Сийин облизал тонкие губы омерзительно розовым языком. — Это очень опасно.

Архонт на миг остановился, и Сийин дерзко рискнул продолжить:

— Некоторые в моем братстве уверены, что попытки вернуть Влокариона были напрямую связаны с пятым Разобщением, мой архонт, — голос Сийина от страха опустился до шепота. Этой тайной не следовало делиться, но он был в отчаянии. Теперь настала очередь Ниоса хмуриться, потому что он вспомнил предупреждения старухи. И все же ему не нравилась уклончивость Сийина.

— Такие вещи могут быть известны, — медленно проговорил Ниос, — лишь потому, что кто-то из вас пытался сделать это раньше. Расскажи мне о них. Поведай, кто может заполнить пробел, который, очевидно, зияет в твоих знаниях.

Укол достиг цели. Дискомфорт Сийина происходил от нежелания признаваться, что другие знают больше, чем он. Ниос издал смешок. На гордыню всегда можно было положиться, и эта слабость, похоже, затрагивала даже гемункулов. Возможно, в особенности гемункулов. Он ждал, не попытается ли Сийин откровенно солгать и начать отрицать столь явный факт. Сийин скорчился под его безжалостным взглядом и наконец выдал то, о чем вскоре должен был пожалеть.

— В нашем братстве есть один, кто глубоко изучал подобные дела, — нехотя признался Сийин, — мастер по имени Беллатонис. Я слышал, он живет в Вольерах архонта Маликсиана за ярусом Метзух…

Подняв руку, Ниос прервал гемункула и не дал ему даже возможности сохранить лицо, рассказав больше.

— Уходи, Сийин, твоя «помощь» больше не нужна, — небрежно бросил архонт. Подождав, пока Сийин доберется до порога, он снова его окликнул.

— И еще кое-что, Сийин, — любезно добавил он. Гемункул напрягся, услышав эти слова, но Ниос только улыбнулся самой чарующей улыбкой и добавил: — Разумеется, не стоит и говорить, что ты не станешь никому рассказывать об этой маленькой, но драгоценной встрече. Будет очень неприятно, если мне придется искать нового главного гемункула для моего кабала.

Круглолицый хирург молча кивнул в знак понимания скрытой угрозы. Ниос решил, что этого будет достаточно. Гемункулов отличала семейственность, и убийство одного из них просто так не слишком бы понравилось остальным членам этого странного братства. Вместо этого Сийину было позволено уползти обратно в свой лабиринт боли и поразмыслить над своей неудачей, чтобы знать, чем удовлетворить архонта.