Читаем Путь Дзэн полностью

конвенционального образа жизни — к концу жизни, когда исполнен долг семьянина

и

80

гражданина. Выход из касты есть открытое и очевидное выражение того, что

человек осознал свою истинную суть, понял, что она “деклассифицируема”, что

роли и личности — чисто конвенциональны и что подлинная природа человека есть

“не-вещь” и “не-тело”.

Это осознание и есть суть бодхи, просветления Будды, которое снизошло на него

однажды ночью, когда он сидел под прославленным деревом Бо в Гайе после семи

лет медитаций в лесном уединении. С точки зрения Дзэн это переживание и есть

главное содержание буддизма, и изложенное на словах учение — совершенно

второстепенно по сравнению с внесловесной передачей самого этого опыта от

поколения к поколению. В течение семи лет Гаутама всеми силами пытался с

помощью традиционных средств йоги. и тапаса, созерцания и аскезы, проникнуть в

тайну порабощения человека майей, он стремился найти выход из порочного круга

привязанности к жизни (mpuui.H.a), подобного тщетной попытке руки уцепиться за

себя саму. Все его старания были напрасны. Вечный атман, истинное “Я”, оставалось недостижимым. Как ни сосредоточивался он на собственном уме, пытаясь проникнуть до самых его истоков и корней, он не находил ничего, кроме

своего собственного усилия сосредоточиться. Вечером накануне своего озарения

он просто “отбросил все” и, нарушив аскетическую диету, съел что-то

питательное.

И сразу же после этого он почувствовал, что в нем начинает происходить

глубокая перемена. Он сел под дерево, дав обет — не вставать, пока не

достигнет высшего озарения, и — как гласит предание — сидел всю ночь, пока

мелькнувшая на мгновение утренняя звезда вдруг не вызвала в нем ощущения

совершенной ясности понимания. Это

81

и было ануттара самъяк самбодхи — “непревзойденное, совершенное просветление”, освобождение от майи и от вечного Круговорота рождения-смерти — самсары, того

круговорота, который не может быть разорван, пока человек в любой форме

цепляется за свою жизнь.

Однако действительное содержание этого опыта никогда не было и не будет

выражено словами. Ведь слова — это трафареты майи, ячейки ее сетей, а

переживание (опыт) — вода, протекающая сквозь них. Что же касается слов, то

единственное, что можно сказать об этом переживании, — это слова, приписываемые Будде в Ваджрачхедике:

Вот так, Субхути, ни малейшей милости не приобрел я благодаря непревзойденному

полному просветлению, и именно поэтому оно называется “непревзойденное полное

просветление”. [22]