Тебе приятно лицедейство

И выгораживать лицо.

И сотворила не злодейство,

А просто было все равно.

Я рад тому, что ты читала

Чужим написанное мной,

Молва уже меня догнала,

Но все сотрется в перегной.

Быть может, чье-то удивленье

Оставит жизнь моим стихам,

И снова буду в вдохновенье

Доказывать, что я не хам.

Я от тебя не ждал удара,

Безумной вольности такой…

Быть может, ты меня не знала?

Или смеялась надо мной?

Уничтожая, все забуду

И, нетерпением томим,

Тебя я замечать не буду,

Всего себя отдам другим.

И с маской нежности коварной,

Но с кровью в сердце, я шептать

В глаза другие – не желанной! —

Начну, чтоб душу забавлять…

Загадка женщин – тайна мира —

Непостижимости полна.

Не потому ли так мужчина

Бывает страшен иногда.

Когда вас любят, вы томитесь

Или смеетесь нам в лицо

И любите, когда хулитель

За горло держит, как в кино.

Вы устаете в обхожденье,

Вам сила грубая нужна,

И кулаком чтоб в заблужденье

Ударили кого-то зря.

В мужчине мягкость – вам отрава,

А нежность – вовсе отомри,

Порядочность – что та канава,

Которую бы обойти.

Возвышенность – на смех похожа,

Самосожжение – беда,

К чему относимся мы строго,

Вы говорите: «Ерунда!»

Когда вам душу раскрываешь

И сердце вынешь на ладонь,

Готовы вы облить плевками

И разрубить, как топором.

Поступки ваши – не от сердца,

Лишь ум холодный и расчет,

И нравится вам больше перца,

Где перец – там наоборот.

Все вам не так, капризы ваши

И сплетни, склочность, суета

Сопровождают без остатка

Такую жизнь, где нет себя…

…Я не виню, не упрекаю,

И нет твоей ни в чем вины.

Я сам себя за все ругаю

И отрекаюсь от любви.

Пусть будешь ты сильна, богата,

Пусть чувства лучшие придут,

И пусть любовь, а не расплата

Согреет будничный уют.

Более чем зря

Когда в среде догмата и иллюзий

Провозглашают радость бытия

Бряцанием внушительных оружий —

Я сознаю всю хрупкость бытия.

Когда приходят проклятые страхи,

Тревожа ум и душу леденя,

Мы надеваем сумрачные маски…

И окунаемся в стремнину дня.

Когда открытые сердечные нарывы

Прокалывают жалами огня,

Тем заглушая гордые порывы —

Простите, это более чем зря.

Друзьям по Сургуту

1

Из милых сердцу питерских туманов,

Грибных дождей, ласкавших наш уют,

Нырнули мы в сибирские ухабы

И растворились в городе Сургут.

Палящий зной встречал нас стойким жаром,

Обильным ливнем хмаристых небес

И шепотом в отельных кулуарах

Цветущих, обаятельных метресс.

Готовы были мы на труд и подвиг —

Бродяжной жизни кажущий венец, —

А в памяти наматывался ролик

Крутых, незабываемых чудес.

Указ Отца сантехники российской[3]

Кромсать заставил стены с потолком,

И градом пота с щедростью облитый

Стонал и содрогался бедный дом.

Мы обнажали девственные стены,

Сдирая наслоений шелуху.

Казалось, ангелы с небес слетели

Окинуть взглядом нашу ворожбу.

Мы все прошли! И пыль вдыхали горлом,

Растягивая жилы на руках.

А вечером бродили в коридорах

И застревали в душных номерах.

Встречались, словно после тяжкой битвы,

И мир сужался горлышком в стакан,

Но жаждущие славы колесницы

Нас уносили в утренний туман.

И женщины прекрасные желали

Наш взгляд с готовностью понять.

Гусарский треп с улыбками встречали

И позволяли рюмки наполнять.

И жертвовали мы ночным покоем,

Спрессовывая время бытия,

А по субботам, на лихом запое,

Рвалась наружу с песнями душа.

Мы песнями глушили наши боли

И смехом – застоявшийся оргазм.

И снова ностальгические боги

Нас заставляли корчиться от спазм.

Но мысли были слабы в утешеньях,

И в разговорах – сумрачный обман.

А жизнь, как будто в разных измереньях,

Не подносила радость, лишь туман.

Но если мне почтенное собранье

Позволит высказать, обиды не тая,

Я провозглашаю обещанье

Вернуться в воспоминаниях сюда.

2

И вновь я здесь.

$$$$$Былое возвратимо,

Хоть в ракурсе ином, в ином ключе.

Но вера в дружбу в нас неистребима,

Как верит Бог в надежду на земле.

Поразбросало нас.

$$$$$Горим, сгорая

И пылью в рот по-прежнему дыша.

Малы осколки питерской бригады,

Но жив костяк, и память не мертва.

А память нам раскручивала ролик!

Сравненьям – несть числа: не то, не то!

Условия пожестче стали втрое,

И смехотворно наше бытие.

И песни наши стали глуше, глуше!

Аккорд не тот, тональность, нет, не та,

И гложет ностальгия наши души,

И водкой заливаем мы глаза.

Но памятью заполненные мысли

Безжалостный диктуют нам вердикт —

Мы помним, что из Питера мы вышли,

А это о великом говорит.

Вторую зиму нам поют метели,

И в снег, и в дождь – строительный наряд,

Но все, что мы смогли и что сумели,

Не стыдно будет людям показать.

Бичуют нас ремонты на квартирах,

В гостинице безрадостный успех.

Усталость накопилась в коллективах.

В безвременье живем и без утех.

Но все ли так жестоко, мрачно, серо:

И будничный обман, и мишура?

Придет ли время, чтобы вновь запела

Нам в полный голос звонкая струна?

Чтоб только песня грела наши души,

Чтоб не было обид, раздор и ссор,

И водкой чтоб не заливали муки,

И цель была, как светлый коридор.

Я верю в возрождение былого,

И сумрак не обидит наших грез!

Мы победим!

$$$$И нет пути иного —

Без обольщенья, жалости и слез!

Отвергнутый друг

С вниманием обласканных невежд,