Горячие слезы прожигая щеки и глаза, капали на окровавленный пол.

— А как же океан? — хрипло прошептал принц. — Ты ведь обещала… обещала что будешь здесь, пока я этого хочу… Я хочу. Всегда хотел…

Она больше не пахла вишней и персиком.

Только медью.

Медью и смертью.

— Я тебя люблю.

В ответ тишина. Острая, как тот проклятый кинжал, который он оставил с ней.

— Помогите! — крик полный отчаянья, боли и вновь вернувшегося, оголодавшего одиночества вырвался из груди принца. — Пожалуйста! Лекарь! Жрец! Маг! Кто угодно!

И затем, куда тише, с мольбой, хоть демонам, хоть богам.

— Помогите… хоть кто-нибудь.

В ответ — все та же тишина.

— Ваше Высочество, — робко подал голос один из телохранителей, — мы не брали с собой лекарей, а все жрецы светлых богов высшего ранга живут при главном храме в столице…

Никаниэль что-то шептал.

Он гладил ее по щекам, по волосам, что-то рассказывал, вспоминал, будто она все еще была здесь все еще живой. Смешной и легкой. Простой и родной.

Готовой спасти его.

А он…

Он не смог спасти ее. Уберечь то единственное, что имело хоть какое-то значение.

И ни один из воинов не смел потревожить его, ведь каждый понимал, какого это потерять кого-то дорогого. Потому бойцы, убедившись, что лежавшие на полу орки действительно мертвы, молча рассредоточились по комнате, остерегаясь нового нападения.

* * *

Спустя некоторое время эльфийский принц чуть слышно прошептал: «Я все равно верну тебя. Любой ценой», нежно поцеловал ее в холодный лоб и поднялся на ноги.

— Ты. — хриплым голосом Никаниэль принялся раздавать указания. — Найди кого-нибудь из слуг, наверняка кто-то спасся. Пусть готовят карету. Мы немедленно возвращаемся в Бьюнилирин.

— Да, милорд.

— Ты и ты. Спускайтесь к Галинору. Проверьте, может кто-нибудь из наших выжил. И найдите хотя бы одного ублюдского живого орка для допроса! Я хочу знать, как они сюда попали и кто их послал.

— Будет исполнено, милорд.

Отдав приказы, принц вновь опустился на пол рядом с телом возлюбленной. Он нежно взял ее ладонь в свои руки и его разум оказался пленен тысячей и тысячей мыслей.

Из размышлений его вывел Галинор. Перевязанная рука бойца висела на шее, а на правой половине лица наливался синим громадный кровоподтек. В остальном же он смотрелся не в пример лучше своего господина.

— Ваше Высочество, карета готова. Внизу выживших нет. Распорядиться чтобы вам помогли спустить госпожу?

— Я сам. — Ник решительно поднялся на ноги. — Пусть кто-нибудь заберет тело Мотилая. Он поедет со мной в карете. Ты тоже. Так же возьмем с собой и тело шамана. С остальным будут разбираться дознаватели, чистильщики и кому там это еще положено по долгу службы.

— Будет сделано, милорд.

Галинор отправился исполнять поручения, а Никаниэль бережно поднял невесомое тело Элельен и, переступая через тела, понес ее в карету.

Путь до Бьюнилирина отряд проделал в полном безмолвии и без остановок на еду и сон. Простенькое заклинание охлаждения, периодически возобновляемое Ником, сохранило перевозимые тела от разложения. На шамана ему было плевать, но бывший помощник и любимая должны были прибыть в город нетронутыми влиянием времени. Первый для оказания почестей, а вторую… вторую он еще надеялся спасти.

Уже на подступах к столице к ним навстречу выехала группа всадников во главе с Кол’Тиланом — отцом Элельен. Лидеру рода Лунный Шепот шел уже седьмой век и Элен была его единственной и обожаемой дочерью. Вельможа явно был не в себе и нервно сжимал в руках магический скипетр.

Едва заглянув в окно кареты и увидев дочь с кинжалом в груди, Кол’Тилан схватился за сердце, направил жезл на принца и прокричал:

— Я до последнего не хотел верить, но теперь вижу — ты убил ее! Умри!

Кристалл на конце артефакта загорелся бардовым, но Галинор, сидевший ближе к выходу, успел пнуть дверь кареты, распахивая ее. Дверь ударила лорда по руке, возникла красная вспышка и… в крыше образовалась огромная дыра с обожженными краями.

Ехавшие снаружи телохранители принца мгновенно спеленали знатного эльфа и сразу оказались под прицелом двух десятков натянутых луков охраны Кол’Тилана.

— Довольно! — Никаниэль выпрямился через дыру в карете. — Отпустите его.

Войны повиновались.

— Ты сошел с ума, старик! Я любил ее, люблю и буду любить! Не знаю кто, что, а главное, когда, успел тебе наплести, но я бы ни за что не причинил ей зла.

Лорд поднялся с земли и переводил растерянный взгляд с принца на дочь и обратно.

— А сейчас расчистить мне путь до Храма Света! И пусть там будут все жрецы высшего ранга всех существующих светлых богов!

— Да как ты… — прошипел Кол’Тилан.

— Именем короля, это приказ! — прервал его Никаниэль, и добавил уже тише. — Твое покушение на особу королевской крови спишем на случайность. Поехали!

Скрипя зубами, униженный лорд принялся раздавать указания, а Ник коротко поблагодарил Галинора за спасение.

— Рад служить вам, Ваше Высочество. — сдержанно ответил тот.

Глава 3